Треск и звук рвущейся ткани прервал выдержанный голос Ричарда, его глаза на секунду скользнули к побелевшие пальцам Павла, которые буквально вгрызались в ручку кресла
– Она… Ее… Ты хочешь сказать, что эти животные заставили ее… – голос Павла стал сухим как гравий, а кулаки сжались так сильно, что костяшки пальцев побелели.
– Нет, нет – поспешил успокоить его Ричард. – Обследование показало, что никакого сексуального насилия не было. Но… я предполагаю, что оно могло бы быть, если бы девочка не сражалась так отчаянно с этим Феноменом.
– Ублюдок! Ему конец! – едва сдерживаясь выплюнул Павел. – Я уничтожу его и весь этот гадюшник. Я давно слышал об их делишках, но, чтобы такое! Они совсем страх потеряли!
Но мужчина все же смог вовремя взять себя в руки, плотно зажмурив глаза и медленно, с шумом, выдыхая сквозь раздутые ноздри.
Позиция пьюров в обществе всегда была неоднозначна. Единственные люди, получившие способность очищать окружающих от миазмов, проникающих в энергетические потоки человека после нахождения в тумане, получили особо охраняемых статус.
В начале их берегли и почитали словно они ангелы. Но со временем те из них, у кого уровень чистой энергии, Эфира, был очень низким, стали вызывать косые взгляды и пренебрежительное отношение. А некоторые и вовсе нашли пути использовать это себе на руку. Так и этой девочке, Мире, не повезло оказаться в месте, о котором уже давно ходили мерзкие слухи.
– В первую очередь сейчас Вам нужно решить, что делать дальше. – постарался сменить тему доктор Лермонт.
– Безусловно, мы приложим все усилия, чтобы мисс … Мира как можно скорее смогла оправится от пережитого. Все расходы по ее лечению и содержанию тут, а также последующая реабилитация… – тут же подхватил эстафету Эвери.
– Когда Вы планируете сообщить девушке о всей этой ситуации с ее происхождением? – вопрос буквально слетел у Ричарда с языка, словно он давно пытался его удержать, но тот выскользнул неожиданно даже для него.
Эвери немного помедлили, оборачиваясь на мистера Норфолка, Павел в свою очередь только поднял на него тяжелый взгляд.
- Мы пока не планируем это делать. – наконец выдавил Эвери, косясь на взлетевшие брови Ричарда. – Мистер Лермонт, вы должны понимать, что сейчас положение семьи Норфолков в обществе достаточно деликатное. Ассоциация гильдий феноменов хоть и существует уже пять лет, но все еще не может открыто выступить против правительства и Ведомства 79. Даже влиятельные семьи не могут избежать ситуации, когда в их семье появляется пьюр и представители Ведомства тут же изымают его из семьи для так называемой тренировки. А так как мисс Мира уже приписана к одному из Центров очистки, то стоит кому-то узнать о ее связи с семьей Норфолков, и в нее буквально вцепятся как стая пираний.
Доктор Лермон с силой сжал ручку. Он давно был в курсе подобных слухов. На публику Ведомство выставляло себя как своего рода пристанище для всех нуждающихся. Слабейшие пьюры должны были здесь получить поддержку и награду за свои способности, сильным же предоставлялась возможность раскрыть свой талант и помочь всем желающим в ответ. Такова была идея. Но по прошествии лет люди стали спокойнее относиться к происходящему хаосу и научились извлекать выгоду из всего.
– Но вы же понимаете, что девочку там оставлять нельзя, – мистер Лермонт сделал последнюю попытку вразумить их. И сразу наткнулся на тяжёлый взгляд Павла.
– Ричард, ты же не думаешь, что я оставлю свою дочь на растерзание этим тварям?! – его голос прозвучал как ворчание огромного хищника.
Доктор только молча откинулся на спинку кресла с усталостью потирая переносицу.
– Я понимаю тебя. Мое положение в этой больнице также шаткое, поэтому…
– Спасибо тебе. Я у тебя в долгу. Но дальше я сам. – Павел перебил его, резко вставая.
Не прощаясь, мужчина решительным шагом направился к двери. Эвери поспешил следом. Ричард же только усмехнулся, его старый знакомый всегда был таким, будто впереди него виднелись огни, указывающие правильное направление, и он шел вперед без всяких сомнений.
Глава 2
Мира уловила знакомые шаги задолго до того, как ручка двери пришла в движение. Все это время вместо ожидаемого спокойствия внутри бурлило раздражение, словно что-то едкое прожигало дыру в груди. И его приближение только накаляло градус.
В голове проносились образы. Она ждала его также, когда ей было три. Вслушивались в тишину, представляла как он поворачивает из-за угла или выходит из какой-нибудь машины. Ждала, когда ей было пять – буквально слыша внезапный стук в дверь, или пытаясь поймать то чувство, когда кто-то внезапно появляется из ниоткуда в ее комнате. Но это были всего лишь детские мечты, которым не суждено было сбыться.