Но сам мистер Норфолк так и не почтил ее своим вниманием. Вместо него при выписке ее встретил сам мистер Эвери. Он методично упаковал все подарки, которые Мира хотела оставить позади, окончательно подтвердив ее догадки. А затем молча сопроводил девушку домой.
По дороге из него не удалось вытянуть ни слова. От всех вопросов он ловко ускользал, все больше отмалчиваясь и пожимаю плечами. Всем своим видом показывая, что только исполняет приказы и о реальных целях босса совершенно ничего не знает.
Также умело он проигнорировал и все протесты Миры, когда привел миссис Пиерс. Увидев маленькую, захламленную квартирку Миры на окраине города, женщина даже не моргнула, сразу принимаясь за работу.
На протяжении двух недель, каждый день, эта женщина нарисовывалась в проходе и юркой тенью проскользнула в дом, всего за пару часов превращая берлогу во вполне уютное жилище, где впервые за долгое время пахло цветами и домашней едой. Саму Миру же она практически не трогала, только возникала, когда было нужно. Вся ее помощь была настолько тактична и ненавязчива, что Мира уже сама начала раздражаться от своего поведения, чувствуя себя сумасшедшей, бьющейся о мягкие стены.
Запал быстро иссяк.
Через несколько дней она просто сдалась и позволила течению нести себя дальше.
Так и сегодня миссис Пиерс встретила ее подчеркнуто вежливой улыбкой, открывая перед ней пассажирскую дверь автомобиля. Мира механически кивнула и уже собиралась молча устроится на сиденье, но поверх слегка потертой кожаной обивки на ее месте обнаружилась стопка документов с ее именем крупным шрифтом.
Кажется сегодня именно тот день, когда она сможет наконец понять, что же эти люди от нее хотят.
Кривая усмешка исказила уже почти пришедшее в норму лицо. Отеки и ссадины прошли благодаря методичной заботе миссис Пиерс, но болезненная бледность и вечные синяки под глазами все еще придавали Мире нездоровый и немного мрачный вид.
Девушка подхватила бумаги, и устроившись в кресле, тут же открыла папку, так словно это была обычная газета. Миссис Пиерс, видя это слегка помедлила, но, как и прежде просто молча закрыла за ней дверь и не торопясь направилась к водительскому сиденью.
Машина завелась и послушно вырулила из узкого парковочного места.
Радио молчало. На фоне урчания мотора были слышны только звуки перелистывания страниц.
В папке оказалось гораздо больше информации, чем должно быть предлагалось обычному участнику проекта. От подробного плана исследований и тренировок до анкет участников со стороны Ведомства. Тут были даже наброски и копии нескольких писем с обсуждением предполагаемых результатов и гарантиями абсолютной безопасности участников.
Мира приподняла бровь, пробегая глазами несколько записок.
Эвери или отец, видимо, пытались усыпить ее бдительность такой откровенность, но эта напористость только вызывала больше подозрения. Она уже хотела в раздражении скинуть всю эту макулатуру на заднее сидение, как ее взгляд зацепился за слова в одном из писем.
– Они планируют проводить испытания в тумане? – не удержавшись, спросила Мира, повернувшись к миссис Пиерс.
Машина вильнула, выдавая испуг водителя, но лицо женщины даже не дрогнуло.
– Мисс Толл, прошу прощения, мне совершенно неизвестны все подробности проекта, – наконец ответила она ровным тоном. – Но я больше, чем уверена, что о вашей безопасности позаботятся в первую очередь. Возможно, в тестах в тумане будут принимать участие не все пьюры…
Мира скривилась, пролистывая бумаги еще раз. Действительно, в проекте принимало участие десять пьюров, из них группа из пяти отобранных лично Ведомством и сборная солянка из разных центров очистки, включая Миру.
Подробной инструкции о том, кто будет участвовать в каком испытании не нашлось. Но Мире было уже достаточно и такой возможности. Ее глаза блеснули и ей с трудом удалось справиться с улыбкой, которая так и рвалась растянуть ее губы.
Машина как раз проехала очередной кордон, вдалеке за ним виднелось старое здание какой-то закусочной, утопающей в фиолетовой тумане. Вся площадь перед зданием была оцеплена настолько плотно полицией и даже армией, что и муха не проскочила бы. Даже феномены не могли войти в туман по своему желанию без особого разрешения. А обычным людям и пьюрам это и вовсе было строго запрещено.
Уже год Мира искала хоть малейшую лазейку, но теперь судьба подкинула ей такую возможность, словно радушно распахивая перед ней дверь там, где раньше была бетонная стена с колючей проволокой.