— Шестнадцать.
— Почти ровесники!
Они заговорили о прошлом — о школах, музыке, планах, которые теперь казались безумно далёкими.
— Il est tard, — прервал их Пьер. — *Lena, montre-lui où dormir.
Комната была маленькой, с кроватью, покрытой грубым одеялом.
— Здесь будешь спать. Если что — я рядом, — сказала Лена и вышла, прикрыв дверь.
Лука лёг, впервые за долгие дни почувствовав слабую безопасность. Где-то вдалеке послышался странный шорох, но он закрыл глаза.
"Марк... прости."
Сон накрыл его, как тяжёлое одеяло.
Глава 7
Раннее утро. Лука проснулся от резкого толчка в бок. Над ним стоял Пьер, его черная борода сливалась с полумраком комнаты.
– Debout! Maintenant! – прорычал он по-французски.
Лука, не понимая слов, но уловив смысл, быстро поднялся. На улице его уже ждал Александр, точивший нож о камень.
– Ну что, солнышко, выспался? – ухмыльнулся русский. – Умывайся да завтракай быстрее. Через десять минут выдвигаемся.
За эти пять дней Лука впервые увидел горячую пищу. Он жадно набросился на тарелку с тушенкой, когда к нему подошла Лена.
– Как спалось?
– Нормально, – ответил Лука, отодвигая пустую тарелку. – Скажи, а как вы называете зараженных?
– Пустые. Так их называет Жан.
Александр прервал их разговор:
– Лука, собирайся! Пора на вылазку!
Солнце уже высоко стояло над Страсбургом, когда они добрались до окраины. Город казался мертвым – только ветер гонял по улицам обрывки газет.
Вдруг Александр резко схватил Луку за руку:
– Слушай сюда, пацан. Тебе нужно бежать. Сегодня же.
– Что? Почему?
– Они держат одну из них в подвале. Думают, что можно вылечить. После моей попытки сбежать Пьер вживил мне маячок. Грозился скормить меня своей... жене.
Из-за угла выползло существо. Александр не успел вскрикнуть, когда челюсти впились ему в шею.
Лука замер, увидев, как глаза Александра наливаются кровью. На секунду ему показалось, что перед ним – Марк. Затем он развернулся и побежал.
– Où est Alexandre?! – Пьер схватил Луку за ворот.
– Его укусили, – перевела Лена.
Бородач швырнул парня на землю:
– Va te coucher!
Ночь. Лука тихо собрал вещи. В гараже он уже брал ключи, когда услышал:
– Стоять!
Лена держала пистолет в дрожащих руках.
– Почему ты хочешь уйти?
– Ты же знаешь почему! Твой отец держИт зараженную в подвале!
– Я… Яне могу... Если я тебя отпущу...
– Но ведь все вы умрёте здесь скоро! Поверь мне!
– Но...
– Давай, давай просто уедем отсюда вместе. Ты радио слышала? Там говорили что в Ирландии безопасная зона.
– Но… Я… Я… Ладно...
За их спинами раздался рев:
– LENA!
– Заводи машину! – крикнула она, вскакивая в машину.
Фургон рванул с места, оставляя позади орущего Пьера.
Они въехали в Страсбург. Зашли в какой заброшенный дом. На чердаке Лена смотрела на зарево вдали.
– Он сжег лагерь...
– Почему?
– Когда мы ломали ворота... должно быть, они проникли внутрь. Отец всегда говорил: «Лучше пепел, чем быть как они».
– Но почему тогда они держали пустую в заточении?
– Потому что он верил, что мою маму можно вылечить…
– А почему ты согласилась уехать со мной?
– Потому что… Потому что он обещал скормить меня маме, если я не буду хорошей дочерью.
Часть 8
Лена резко тряхнула Луку за плечо. Ее пальцы впились в его кожу сквозь ткань рубашки.
– Просыпайся! Их не меньше сотни, идут прямо сюда!
Лука вскочил, мгновенно протрезвев от сна. За окном, в предрассветном тумане, колыхались десятки теней. Они двигались медленно, но неумолимо, как приливная волна.
– Чёрт... – прошептал он, хватая рюкзак. – Где машина?
– У заднего входа. Бежим!
Двигатель фургона взревел, когда первые пальцы Пустых уже царапали по кузову. Лена резко вывернула руль, отправляя двух зараженных под колеса.
– Куда теперь? – спросила она, не отрывая глаз от дороги. Ее голос дрожал, но руки на руле были твердыми.
– В Париж. Там должно быть... – Лука замолчал. Даже он не верил этим словам.
Через три часа пути, когда солнце уже стояло высоко, они заметили дымок у дороги.
– Видишь? – Лена притормозила. – Кто-то готовит еду. Настоящую еду.
У обочины стояла группа из четырех человек вокруг котелка. При их приближении мужчина в очках поднял руку в мирном жесте.
– Стойте! Мы не опасны! – крикнул он. – Просим только не подходить близко. Карантин, понимаете?
Лука вышел первым, держа руки на виду.
– У нас есть еда для обмена, – сказал он. – Консервы, шоколад.
Женщина с короткими рыжими волосами осторожно приблизилась: