Клэр с упоением открывала банки с оливками, а Антуан, открутив крышку коньяка, сделал первый глоток прямо из горлышка.
– О-о-о, – он зажмурился. – Прямо как в десантуре.
– Ты же не был в десантуре, - Клэр откусывала шоколад.
– А вот и был! На учениях, – Антуан подмигнул, передавая бутылку Луке.
Лука осторожно пригубил. Горячая сладость обожгла горло.
– На вкус как бензин. - Лука выплёвывал коньяк.
– Зато греет, – Антуан хлопнул его по плечу. – Выпей ещё, привыкнешь.
Они оговорили о жизни до апокалипсиса. Смеялись. Лука впервые за долгое время почувствовал, как камень в груди понемногу тает.
Антуан развалился на спине, закрыв глаза. Его голос стал тише:
– Эх, вот бы так всегда...
Когда стемнело, Антуан поднялся, пошатываясь.
– Пойду отолью. Не сбегайте.
Его шаги затихли в кустах. Потом – резкий хруст веток.
Тишина.
И вдруг – пронзительный крик.
Они бросились на звук, спотыкаясь о корни в темноте. Фонарь выхватил из мрака жуткую картину: Антуан лежал на земле, над ним склонились три фигуры. Одна – с позвоночником, торчащим из спины, как сломанная антенна.
– ПАП!
Клэр рванула вперёд. Лука схватил её за руку, но она вырвалась.
Первая тварь подняла голову. В свете фонаря её глаза блестели мокрыми бусинами.
Клэр даже не успела закричать.
Лука видел, как её пальцы впиваются в землю, как её ноги дёргаются, а заражённый с позвоночником наружу отрывает кусок мяса от её плеча.
Лена схватила Луку за руку. Её голос был ледяным:
— Бежим! — Лена сжала его руки и потащила к машине. В её глазах застыл дикий ужас.
Они не оглядывались. В машине Лена билась в истерике, но её пальцы сами нашли ключ зажигания. Двигатель взревел.
Лука смотрел в зеркало. На поляне что-то шевелилось. В его руке неожиданно оказалась бутылка – наполовину полная. Тридцатилетний коньяк.
Он отшвырнул её в темноту.
Глава 14
Машина заглохла с последним хриплым вздохом двигателя, остановившись посреди пустынной дороги где-то под Руаном. Лена ударила кулаком по рулю, но гнева уже не осталось — только усталость.
— Кончился бензин, — констатировала она, опуская голову на руки.
Лука молча смотрел на стрелку топливного датчика. В ушах всё ещё стоял тот последний крик Клэр, хруст костей под тяжестью тел... Он резко открыл дверь, впуская внутрь запах гари и влажной земли после недавнего дождя.
— Пешком, — коротко сказал он, натягивая рюкзак.
Первые километры прошли в напряжённой тишине. Дорога была пустынной, если не считать редкие брошенные автомобили с открытыми дверями.
— Лука, посмотри, — Лена указала на придорожный столб.
На нём, распятый гвоздями за запястья, висел труп в полицейской форме. На груди — грубо намалёванная табличка: «Бежал. Вы все побежите».
Они свернули в лес, едва заметив вдали шевелящуюся массу тел.
— Их... сотни, — Лена пригнулась ниже.
Заражённые шли необычно организованно, почти строем. Некоторые даже несли в руках обломки досок, камни — как первобытные орудия.
Лес смыкался над ними плотным пологом. Лука шёл впереди, раздвигая ветви, чувствуя, как пот стекает по спине. За спиной слышалось тяжёлое дыхание Лены.
— Лука, подожди, — она остановилась, опираясь на дерево. Её лицо было серым от усталости.
Он хотел сказать, что останавливаться нельзя, но его собственные ноги дрожали от напряжения.
Где-то впереди послышался шум воды.
— Река? — насторожилась Лена.
Через полчаса они вышли к широкой мутной глади. На противоположном берегу виднелись крыши Гавра.
— Мост должен быть восточнее, — Лена развернула потрёпанную карту.
Лука вдруг заметил у берега полузатопленную лодку.
— Рискнём?
Лодка протекала, но держалась на плаву. Пока Лена отталкивалась шестом, Лука вычерпывал воду пустой консервной банкой. Течение медленно несло их к городу.
Порт Гавра встретил их мёртвой тишиной. Грузовые краны замерли в неестественных позах, будто застигнутые катастрофой врасплох. Между контейнерами валялись брошенные чемоданы, детские игрушки, пустые бутылки — следы спешного бегства.
— Кажется, мы опоздали, — прошептала Лена.
Лука уже открыл рот, чтобы ответить, когда раздался резкий щелчок затвора.
— Руки где вижу! — из-за контейнера вышла женщина в потрёпанной военной форме, за ней — двое мужчин с ружьями.
— Мы не заражены! — Лука медленно поднял руки.
— Откуда идёте?
— Из Страсбурга. Ищем эвакуацию.
Женщина — её звали капитан Леблан — опустила пистолет.