- Ну вот, видишь, а говоришь никто не обижал. – Дед помолчал, а потом как стукнет кулаком по столу, аж посуда вверх подскочила: - Скажи мне, куда он поехал! Я поеду следом и сделаю так, что он сам к тебе приползёт и на коленях просить прощенья будет!! – Кажется, дедушка сильно разгневался. Я ещё никогда не видела его таким злым и, если честно, испугалась. Не за себя. За Тайрана: – Только скажи, и я его из-под земли достану!!! – Пахром вскочил и принялся наворачивать круги по мастерской.
- Не надо никого доставать, - к тому времени я немного успокоилась, и теперь настала моя очередь ловить деда и усаживать на стул. – Мы не успели даже толком познакомиться, хотя он мне снился перед днём рождения. Я сама во всем виновата, дед. Поверила в то, чего не было. Мне казалось, я нравлюсь ему, мы могли бы подружиться, но… Не случилось, - тяжело вздохнула я.
Пахром заметно успокоился, взглянул на меня исподлобья и тоже вздохнул:
- Ну и напугала же ты меня, внуча. Ладно, теперь я хотя бы понял в чём дело. – Дедушка медленно пригладил встрёпанные волосы и бороду, помолчал немного и твёрдо произнёс: - Не волнуйся, Виталинушка, он вернётся. Мы всегда возвращаемся к тем, кого любим.
Я удивлённо взглянула на него, переваривая сказанное и не удержалась от вопроса:
- А если он не любит?
- Значит, он тебя не достоин.
Как ни странно, после этого разговора мне заметно полегчало: наверное, я подспудно поверила деду. Конечно, я не стала прежней беззаботной девушкой, что раньше. Но и на душе уже не копился тяжкий неподъёмный груз.
С того памятного костра я старалась избегать шумных молодёжных компаний, тем более что парни, разглядев во мне девушку, начали проявлять слишком пристальное и назойливое внимание. С Милкой мы по-прежнему дружили, устраивали совместные посиделки, бегали на речку. Но в деревне мне будто было тесно.
Я полюбила гулять в лесу. Не тогда, когда с утра все бегут туда по грибы да ягоды, а после обеда. Лес был полон жизни, и я будто бы подзаряжалась от него силой. Бродила по нему, слушала пение птиц и чинила сломанные ветки у кустов-деревьев. Через какое-то время мне начал чудиться внимательный взгляд в спину, но сколько не оборачивалась – никого не видела.
Однажды из кустов выскочил зайчишка, но далеко не убежал. Видно, какой-то хищник поймать его пытался, да удрал зайчик, но лапу ему знатно погрызли. И теперь он еле хромал. Я не смогла пройти мимо заячьей беды. Вспомнив, как применяла дар прабабушка Верона, изловила зайчонку и аккуратно «склеила» ему в лапе всё как надо, а потом отпустила. Ушастый упрыгал от меня в три раза быстрее, чем до того, как мы встретились.
По дороге домой я снова явственно чувствовала взгляд в спину, но на этот раз он был не настороженно-наблюдающим, а явно одобрительным. Тропинка весело стелилась у меня под ногами, да вдруг завернула, и вместо того, чтобы выйти к деревне я вышла на аккуратную полянку, полную крупной, свежей земляники! Несмотря на то, что пора этой ягоды уже прошла, только-только начала поспевать малина, здесь земляники было видимо-невидимо! Подивившись про себя такому подарку и вдоволь налакомившись лесной вкусняшкой, я решила ничего не брать с собой – не во что было, да и время было уже позднее, пора было возвращаться. Но я почувствовала, что нельзя с этой поляны уходить просто так. Поразмыслив, я вежливо поклонилась самому большому дереву в округе и прошептала:
- Спасибо, Лес-батюшка, всё было очень вкусно.
Словно в ответ лёгкий ветерок пронёсся по поляне, шелестя листьями земляничных кустиков. Я едва заметно улыбнулась, увидала тропинку и пошла по ней, даже не заметив, как вышла к своей деревне. Хотя я точно знала, что так быстро дойти до родного села никак не могла.
Когда рассказала деду о произошедших странностях в лесу, он ничуть не удивился, а лишь поддакнул:
- Да-да, помню, мама тоже с нашим Лешим дружила. Они частенько друг другу помогали. Наверное, лесной дух почуял в тебе её родственницу. Ну, или просто приглянулась ты ему. Ты, Виталинушка, не бойся, Леший – добрый, особенно к тем, кто его зверьё не обижает.
С тех пор так и повелось: пойду в лес, а Леший никому неведомыми тропками выводит меня то к выпавшему из гнезда бельчонку, то к молодому лосю, который тёрся рогами об дерево, чтобы поскорее их сбросить, да запутался в нижних ветвях и беспомощно ревел на всю округу. Если с бельчонком удалось разобраться довольно быстро, то с лосём пришлось трудно. Сначала я пару часов успокаивала его и приучала к себе, прикармливая очень удачно захваченным с собой яблоком. Потом пришлось взгромоздиться на него (благо животное вроде поняло, что я друг, и не сопротивлялось) и ещё час провозиться, аккуратно выпутывая лося из «плена», да восстанавливая покалеченное деревце. И каждый раз после таких походов Леший богато одаривал меня то грибами, то ягодами. Да и просто так баловал, показывая красивые живописные места.