Поблизости людей не было, лишь пёс неподалёку лежал на цепи и лениво наблюдал за курами. Выдохнув с облегчением, я клятвенно пообещала себе, что впредь буду осторожнее и с сомнением взглянула на «новый» горшок: что теперь с ним делать? Не выбрасывать же? Поразмыслив, я не придумала ничего лучше, как вернуть его в дом и тихонько поставить на стол, пока мама не видит.
1.2
Постепенно ко мне пришло осознание, что другие люди не умеют «сращивать» поломанное так, как я. Они даже не знают, что так можно делать! Однажды мне стало понятно, почему мама в моём сне так испугалась: она подумала, что я проклята.
Перед сном она рассказывала мне сказки. В них были волшебники и всякие сказочные существа, которые вытворяли разные чудеса, изумлявшие других людей. Как-то раз я спросила маму:
- А что если это вовсе не чудеса? Что если так каждый сможет делать, если постарается?
- Не сможет, - с улыбкой ответила она, покачав головой. – Людям не доступны такие силы. А если кто-то делает – значит, он в сговоре с нечистой силой или проклят Богами. Потому что только проклятым людям не хочется жить по-человечески, как все остальные, а хочется стать равными Богам или даже выше Них. Понятно? Но это всегда кончается плохо. Боги не терпят выскочек и жестоко карают, поэтому проклятые всегда рано умирают…
- А если человек не проклятый, и не хочет быть выше Богов, просто умеет что-то такое, что никто кроме него не умеет? Как тогда?
- Я не знаю, Вита. Может быть он тоже проклятый, просто не знает об этом. Ведь если этот человек не похож на других, значит, наверное, в нём что-то сломалось, ведь Боги создали всех людей одинаковыми. Ты видела, чтобы кто-то из соседей умел что-то такое волшебное, чего не могут остальные? Не видела, знаю. Потому что нормальные люди ничего такого не умеют. А даже если бы умели… Вон, бабка Фрокла кровь может остановить без всяких подручных средств, просто что-там нажимая на теле – так это не само собой на неё свалилось, она долго училась и ездила к разным мудрым людям. Нет, просто так, без всякой учёбы, необычные умения у людей не проявляются. Только у проклятых. А почему ты спрашиваешь, Вита? – Подозрительно прищурилась мама и обеспокоенно вгляделась в моё лицо: - Ты видела что-то необычное?
- Нет-нет, - поторопилась я откреститься от подобного предположения. – Мне просто стало интересно.
Больше я не рискнула её расспрашивать. Но с тех пор в моём сердце поселилось сомнение: уж не проклята ли я Богами? За что они наказали меня? Разве я сделала что-то плохое?
С тех пор как починила горшок, я больше не могла смотреть спокойно на сломанные вещи. Стоило мне только увидеть обрывок порванной бельевой верёвки или треснутое корыто, как под кожей начинало зудеть и чесаться, норовя выплеснуться наружу и вернуть всё как было, в изначально правильное состояние. Я старалась игнорировать свои желания, когда была вне дома и больше не появляться там, где видела поломанные вещи. Но дома мне от них некуда было спрятаться…
Отец с братьями уехали торговать на ярмарку. И в этот раз их отсутствие длилось дольше обычного. А у мамы, как на зло, когда папы не было, постоянно всё ломалось и разбивалось! Раньше я не замечала этого или просто не обращала внимания, но теперь дремавшие во мне силы проснулись и требовали немедленно привести всё в порядок. Они не давали мне отдыхать по ночам (зуд под кожей ночью усиливался), и в конце концов я не придумала ничего лучше, как потихоньку время от времени чинить поломанное, пока никто из родных не видит, и возвращать на место. Только после этого меня немного отпустило, и я смогла нормально спать.
Мама быстро обнаружила изменения, долго удивлялась и в конце концов решила, что у нас завёлся барабашка, попутно разъяснив заинтересованно навострившей уши мне, что про невидимых домашних духов-помощников ей ещё её бабушка в детстве рассказывала. Чтобы отблагодарить благодетеля, мама поставила ему в уголке блюдце с молоком и рядом положила сдобную оладушку. Такое решение матери несказанно обрадовало меня: уж лучше быть барабашкой, чем проклятой. Рассудив, что по справедливости всё угощение для барабашки полагается мне, я с чистой совестью съела его, улучив момент пока мама выходила из комнаты. Вечером она обнаружила пропажу и ещё больше уверилась в существовании невидимого помощника, продолжив подкармливать его, а я в свою очередь продолжала «отрабатывать» кормёжку.