Весной я снова начала бегать в лес и помогать Лешему. Зимой-то лес засыпал, зверьё пряталось, и в моей помощи не было особой нужды. Да и сейчас, в общем-то, нужды не было – так, кое-где обломанные ветки срастить, вот и вся работа. Но в гостях у лесного духа мне отчего-то становилось легче на душе. Глядя на пробуждающуюся жизнь и буйство природы, я поневоле заряжалась оптимизмом. Однако, стоило мне только покинуть лесные угодья, как изматывающая тоска набрасывались на меня с новой силой.
И лишь глубокими вечерами, лёжа перед сном в постели и прижимая голубой кристалл к груди, я вспоминала Тайрана без вездесущего чувства потери, посылая другу своё горячее желание увидеться как можно скорее. В ответ же получала нежное обволакивающее тепло, благодаря которому мгновенно расслаблялась и засыпала.
Постепенно я привыкла к бесконечному ожиданию, и мне начало казаться, что с самого рождения живу с этим ощущением. Оно словно назойливая муха постоянно зудело во мне то тише, то громче, но никогда не утихало насовсем. Я смирилась. Перестала нестись сломя голову к калитке, лишь только заслышав за ней чужие голоса. Прекратила внимательно оглядывать окрестности цепким взором, когда куда-то шла. Не пыталась торопить время, чтоб поскорее пришло лето. Наоборот, старалась радоваться каждой новой проталинке и наслаждаться ароматом любого распустившегося цветка.
Однажды я сидела в доме за столом и перебирала по просьбе мамы прошлогодние запасы трав, обрывая засушенные листья, складывая их в холщёвый мешок, а ненужные стебли-палки откладывая в сторону. Мама в это время была во дворе и развешивала постиранное бельё на пригревающем по-весеннему солнышке. Тут она заглянула в дом и сообщила:
- Вита, к тебе там пришли.
- Если это Милка, скажи, что сейчас выйду – мне совсем немного осталось, - попросила я.
- Это не Милка, - улыбнулась мама, – а какой-то незнакомый парень.
Сухие стебли тут же выпали у меня из ослабевших пальцев и рассыпались по столу. «Тайран!!!» - прогремело в моём мозгу, и, мигом позабыв о работе, я сумасшедшей белкой метнулась во двор… Чтобы застыть на крыльце с изумлением разглядывая своего друга: за прошедший год он заметно подрос и сильно раздался в плечах, волосы отрасли, и теперь он собирал их в хвост на затылке, но синие глаза и едва заметная улыбка остались прежними.
- Тай! – Едва слышно выдохнула я, и ноги сами стремительно понесли меня к калитке.
Не помня себя от счастья, я повисла у парня на шее. В ответ же он стиснул меня так, что это объятие рассказало мне больше, чем тысяча слов.
Нашу идиллию прервала мама, настороженным голосом поинтересовавшаяся:
- Виталина, это кто? Ты нас не познакомишь?
Тут только до меня дошло, что не стоило так открыто демонстрировать свои эмоции при маме – теперь она не отвяжется. Тяжело вздохнув, я не нашла в себе силы отлепиться от долгожданного друга и лишь слегка повернула голову в её сторону:
- Это Тайран. Двоюродный брат Киры и Кирилла. Он в Витоке живёт, а сюда в гости приехал. С бабушкой. – Я тут же перевела взгляд на парня и уточнила: - Ведь с бабушкой же, да?
- Да. – Широко улыбнулся Тайран. – Она сейчас у твоего деда. И очень хочет познакомиться с тобой…
Я поспешила вклиниться в разговор, чтобы друг не сболтнул лишнего при маме:
- Мам, ты представляешь, наш дед Пахром и бабушка Тайрана с детства знакомы! Мы это случайно выяснили прошлым летом. И вот теперь она приехала его навестить. Правда здорово?
- Надо же! – Изумилась мама и обратилась к Таю: – Ну тогда я приглашаю всех вас завтра на ужин. Отказы не принимаются. – Она тут же перевела взгляд не меня: - Вита, я надеюсь, ты передашь моё приглашение кому следует?
- Хорошо, передам. Мам, а можно мы пойдём? А то нас там ждут. А травы… Травы я после доделаю, там же чуть-чуть осталось.
- Да иди уж, я сама доделаю, раз там чуть-чуть, - понимающе усмехнулась родительница. – Думается мне, теперь до вечера тебя не увижу.
Я кивнула, не в силах скрыть глуповато-счастливую улыбку. Тайран неохотно выпустил меня из крепкого кольца своих рук, и мы двинулись в сторону дедова дома. Но как только мой дом скрылся с глаз, парень остановился и рывком снова притянул меня к себе, уткнувшись лицом в волосы и неразборчиво пробормотав:
- Как же я соскучился, ты себе даже представить не можешь.