Да и форпост ли? Термин этот подразумевает плацдарм, трамплин для прыжка, для продвижения дальше — а пока ни о чём таком не слышно, словно люди по каким-то причинам решили остановиться в своём движении к звёздам.
Правда, в Солнечной системе всё идёт хорошо. На Марсе уже пять купольных городов, население Красной Планеты перевалило за двенадцать миллионов; растут поселения на Титане и Европе; счёт крупных — по-настоящему крупных, с населением более десяти тысяч человек — орбитальных и пространственных (вот новый термин, которого не было в прежние времена!) перевалило за полтысячи. И всё же это застой — сколько не утешай себя победными реляциями и цифрами сводок…
Я устроился, как и собирался, на охапках душистого сена, под острой щелястой крышей сарайчика, стоящего на задворках усадьбы И. О. О. Уж не знаю, зачем он держит здесь этот, с позволения сказать, фураж — может, специально для гостей вроде меня? В любом случае — очень кстати; я ностальгически припомнил, когда в последний раз лежал вот так — растянувший на сене под спальником, и чтобы кроны сосен шумели за хлипкими стенами… Пожалуй — ещё в конце семидесятых, когда мы с дедом ездили в Запрудню на охоту. Что-то похожее было в лодочном сарае на парусной практике у каравелловцев — но там мы, помнится, обходились без сена…
Бэйли завозилась под боком. Она поначалу нацелилась положить башку мне чуть ли не на шею, но я решительно это пресёк — и теперь собака свернулась калачиком, пристроив морду мне на плечо и тихо посапывая в обе дырки чёрного кожаного носа. Я потрепал зверюгу по загривку — она довольно заурчала и перевернулась на спину, сложив лапы на груди и изогнувшись каким-то немыслимым образом. Вот кому хорошо, с завистью подумал я — никаких размышлений о судьбах цивилизации, а из проблем — только лестница, сколоченная из жердей, по которой четверолапой непоседе так неудобно слезать с сеновала, и приходится поскуливать, ожидая, когда хозяин сжалится и придёт на помощь.
Ночное небо в треугольнике, образованном скатами щелястой крыши было бледным, с редкими, едва заметными точками звёзд — а что вы хотите, север, — и я, заложив руки за голову, вернулся к своим мыслям.
Итак, почему всё же застой? Прежде всего — потому что нет серьёзных подвижек в плане создания по-настоящему эффективных и удобных в использовании двигателей. Освоение Солнечной идёт через широчайшую систему «батутов», но новые станции по прежнему устанавливаются при помощи кораблей с тахионными торпедами. Да, полигимний добывается в промышленных масштабах, да, рядом с астероидом в пространстве раскинулся теперь целый город из полудюжины огромных станций и производственных комплексов, а так же десятка два станций поменьше. Сердечники для тахионных торпед из «сверхтяжёлого» элемента изготавливают прямо там, без транспортировки «сырья» на орбитальные земные фабрики… но, как метко выразился кто-то из футурологов — есть тут и такая профессия! — это всё не более, чем замена паровой машины на турбину. В том смысле, что агрегат-то новый, более эффективный — но раскручивает его по-прежнему даёт пар, разогретый путём сжигания ископаемого топлива, и неважно, уголь это, или уран. Прорыва нет. Застой. Стагнация.
И даже та возможность, что лежит буквально под носом — «звёздные обручи», остатки транспортной системы древней могучей цивилизации — упорно игнорируются. После того, как «Заря» канула в «сверхобруч» Пояса Астероидов действует строжайший запрет на их использование по прямому назначению, а попытки исследовать эти загадочные объекты мало что дают — так, несущественные детали, нюансы… Да что там, даже таинственная пластина из неизвестного сплава, найденная возле «обруча» на Энцеладе до сих пор не поддалась исследователям и упрямо хранит свои тайны — а ведь мы, ни на миг не сомневались, что стоит её вскрыть — и откроются салы, забитые инопланетными артефактами, загадками, чуть ли не библиотека Предтеч, как у Саймака[2], разве что, размерами поскромнее…
Появилось даже мнение, что любые разработки в области тахионного привода, позволившего бы строить настоящие звездолёты, не привязанные к «батутам» и неуклюжим, опасным в использовании тахионным торпедам изначально обречены на провал. Аргументы? Пожалуйста: раз создатели «обручей» пошли именно по пути расширения «транспортной сети», значит, они потерпели разочаровались в идее строительства кораблей, способных действовать автономно. А раз так — куда нам поперёд батьки в пекло? Нужно идти по их следам, совершенствовать «батутные» технологии, неспешно планировать робкие вылазки за пределы Солнечной — так оно надёжнее, вернее, спокойнЕЕ…