И вот — шанс! Он ощутил, как его охватывает азарт — эмоция, вообще-то неподобающая капитану корабля, когда мускулы дрожат от бурлящего в крови адреналина, и в мозгу одна за другой возникают картины… чего? Он мог только догадываться, и ни на миг не сомневался, что те же самые чувства испытывает сейчас и мать. Правда, подумал Данила, её тяжелее — с Влады и Карпухина какой спрос, они мчатся во весь опор навстречу неведомому, а на неё груз ответственности и за них, и за людей на станции, и вообще за всех, кто находится сейчас в системе TOI 1452, включая и Данилу вместе с его экипажем…
— «Ермак», слышите меня? — раздалось из динамика. — У вас сколько тахионных торпед на борту — две, три?
— Четыре. — отозвался капитан. Несколько тахионных торпед входило в штатную комплектацию буксира, но до сих пор «Ермаку» не приходилось пускать их в ход.
— Приводите их в готовность к запуску, тесты прогоните, в общем, всё, как положено. — скомандовала собеседница. Судя по тону, каким это было сказано, решение она приняла, и обсуждать его не собирается, во всяком случае, пока. — Предварительно дистанция прыжка — от восьми до десяти астрономических единиц. По готовности доложите. И поставьте Нуль-Т на приём, я скоро буду у вас.
— Принято, Океан. — отозвался он. Любопытно, подумал он, что такое затеяла мать, если ей понадобилось перебираться на буксир вместо того, чтобы поскорее добраться до таинственной находки — чем бы та не оказалась?
Долго гадать не пришлось. Малое время спустя диспетчер доложил о срабатывании бортового Нуль-Т, ещё через несколько минут створка овального люка скользнула вбок — и на мостик «Ермака» вступила Лидия Андреевна Монахова собственной персоной. За её спиной маячила фигура старшего пилота станции Кудинова. Однокашник капитана по Академии Внеземелья, он ещё курсантом влюбился в малые корабли и с тех пор связал свою карьеру с этими обманчиво хрупкими судёнышками. Приходилось ему высаживаться на астероидах, нырять в бешеную венерианскую атмосферу, сажать свой бот на ледяной панцирь Европы, обслуживать разросшуюся сеть космических станций в системе Сатурна. И когда стали формировать новый состав Второй Межзвёздной на смену тем, кто привёл «Арго» в систему TOI 1452, его кандидатура значилась в первых строках списка кандидатов. С тех пор он вполне освоился в атмосфере Океана, высаживал даже исследовательские группы на дрейфующие плотики, побывал на всех трёх лунах Океана — каменных глыбах неправильной формы, вроде марсианского Фобоса, — и только по настоянию научного руководителя экспедиции уступил один из своих десантных ботов гостям. Раздражало это его до чрезвычайности, особенно, когда выяснилось, что полёт этот имеет все шансы войти в историю; некоторым утешением служила миссия, ради которой он и явился на борт «Ермака».
— Штарёва и Карпухин своё дело сделают. — говорила Юлька. — А мы, если понадобится, поддержим их с орбиты, или пошлём второй бот. А у нас с вами есть и другое дело: сейчас согласуем наши действия, после чего Егор вернётся на «Океан-Орбиту» и нырнёт десантном боте в «батут». Прямо сейчас его настраивают так, чтобы корабль вывалился из «червоточины» как можно ближе к дальнему концу «тахионной струны». Радары, как вы понимаете, на таком расстоянии бесполезны, и мы можем лишь предположить, что там находится не что иное, как ещё один «звёздный обруч».
— По аналогии с находками в М-13? — уточнил Данила. Он нарочно не назвал имени, которое дал звезде отец. Мать кивнула.
— Да, скорее всего, именно его мы там и обнаружим. Штарёва продемонстрировала мне записи с аппаратуры «Зари», в точности совпадающие с тем, что мы наблюдаем сейчас.
И кивнула на экран, где яркими пятнами переливалось визуальное воплощение математической модели «тахионной струны».
— «Скиф-Далет» сейчас на месте. Пока они там осмотрятся, выполнят облёт «пирамиды», установят радиомаяк — хорошо бы добраться к другому концу струны. Ну а мы будем координировать действия обеих групп отсюда, с борта буксира.
Данила нахмурился.
— Ну, хорошо, туда Егора забросят батутом. Разброс на такой дистанции может быть довольно серьёзным, до полумиллиона километров. Нно это не так страшно — если «обруч» там есть, радар бота его нащупает. А вот что делать потом? Вернуться к станции своим ходом он не сможет — значит, остаётся висеть и ждать, когда «Ермак» его подберёт?