Однако Кир был всегда искренен и заботлив с Витей, и заслужил знать правду. Даже если и он повернется к нему спиной, Кравцов уже ничего не потеряет, ведь ЗНАК уже дышит ему в шею. Витя дотянулся до Кира, который сидел на полу рядом с ним и собирал стекляшки, складывая их на футболку, и ловко отстегнул застежку подвески, подаренной Яном. Поймав ракушку, Кравцов оперся о подоконник свободной рукой и открыл окно, выкинув в него украшение. На лице Маевского застыли шок и непонимание. Он ладонью указал на окно и уже собрался ругаться, но Витя прислонил палец к губам и упал обратно на кровать.
– Зачем ты выкинул? Мне ее Ян подарил!
– Закрой окно.
Кир быстро выполнил просьбу и уже с любопытством уставился на Кравцова.
– Я узнал, что скоро весь город заразится новым вирусом, останутся только те, кто достоен жизни, – от последних слов Витя поморщился. – Аристократы снова возомнили себя вершителями судеб. Они держат под контролем всю нашу школу!
Кир вдруг замер. Он сел рядом с Витей и начал нервно покусывать губу, дожидаясь, что тот соизволит продолжить объяснение, но этого не произошло. Кравцов принялся растирать ногу в надежде, что боль уйдет.
– И как это связано с тем, что ты пропал на несколько дней?
Витя понятия не имел, с чего начать. Он промычал, дабы заполнить паузу, и медленно опустил штанины, растягивая время.
– Мы захотели их остановить, – отрезал Витя.
Маевский подпрыгнул и тут же отлетел к двери, прислушиваясь. Кравцов был удивлен такой реакции, хотя следовало ожидать, что за такое его не погладят по головке, как продемонстрировал Титов, но терпеливо наблюдал за Киром. Когда тот спокойно выдохнул и вернулся к Вите, взмахнул руками и начал шептать, хотя Кравцову казалось, что он кричит на него.
– Во-первых, кто эти «мы»? А во-вторых, каким образом вы собирались их остановить?
Лицо Вити исказилось до неузнаваемости. То было отчаяние или злость, Кравцов сам не мог понять. Все чувства слились в одно тягучее и противное. К глазам снова подступили слезы, но Витя сжал челюсть и отвернулся от Кира, сдерживая свои бурные эмоции.
– Кристиан, Майя и Ян. Сегодня утром мы подожгли главную лабораторию ЗНАКа, и только потом я узнал, что это вовсе и не лаборатория была. – Витя разочарованно хмыкнул и покосился на Кира, – А я думал, что все уже в курсе.
– Что вы сделали?! – Глаза Маевского полезли на лоб, – Подожди, на что ты намекаешь?
– Я не намекаю, а прямо говорю. Ты тоже на них работаешь? – Кравцов отодвинулся от Кира и повернулся к нему всем корпусом, пристально глядя в глаза, пока тот шокировано смотрел на него в ответ.
– Мы все трупы, – голос Маевского дрогнул.
Кир схватился за голову и встал с места, начиная наворачивать круги по комнате и что-то шептать себе под нос. Хорошо, что Маевский успел убрать все стекло с пола, иначе еще и на него перекиси не хватило бы. Вдруг он резко остановился и кинул на Витю рассерженный взгляд, как будто его вопрос только дошел до него.
– Да как ты мог вообще такое подумать?! Мой отец уже давно страдает от ЗНАКа, и ты еще меня в таком обвиняешь?
– Я не знал…– Тихо произнес Витя, вздохнув. – Ты никогда не говорил.
Кравцов испытал некий стыд, граничащий с виной, понимая, что бездумно уличил друга в предательстве. Витя поджал губы и отвел глаза в сторону, лишь бы не встречаться взглядом с Маевским. Кир всегда себя контролировал и был отходчивым, но сейчас он все никак не мог успокоиться, тяжело дышал и горел от злости. На памяти Вити это была их первая настоящая ссора.
– Потому что мне нельзя об этом говорить! – Кир развел руками, надломив брови. – Отец сильно болен. И сейчас он проходит курс лечения в поликлинике, которую недавно отстроил для местных ЗНАК. Он пообещал отцу полное выздоровление в обмен на молчание.
– Кир…мы сожгли поликлинику, – прошептал Кравцов. Кажется, волосы на затылке встали дыбом.
Глава 9
Витя то и дело проваливался в сон, но просыпался то от плача Кира, то от своих кошмаров. Всю ночь Кравцову снились зараженные люди, которые тянули к нему синие руки, хотели схватить его и затащить в клетку. Один зараженный все-таки смог поймать Витю за руку и поцарапал ее, оставляя на коже белые полосы, которые начинали краснеть, и из них просачивались капельки крови. Кравцов не чувствовал эту руку, она повисла как что-то инородное на теле парня. И вдруг он проснулся, сбивчиво дыша.