– Хорошо. Давай я сейчас выгляну в окно и проверю, что там никого нет, – спокойно сказал Кир, будто это не он рыдал навзрыд десять минут назад.
Маевский неторопливо приблизился к окну и осмотрел темное небо, которое заволокло тяжелыми серыми тучами. Только он опустил взгляд вниз, как тут же отпрыгнул от окна, запнулся о ножку стола и полетел на пол, отбивая себе копчик. Он закричал то ли от страха, то ли от боли, но ничего сказать не мог. Кир вытянул дрожащую руку перед собой и направил указательный палец на окно. Матвеева села рядом с Маевским, пытаясь поднять его, но тот оцепенел от страха.
– Т-там в-волк, – проговорил Кир, заикаясь.
– Волк? – Майя следила за Кравцовым взглядом, будто, как только она отвернется, к ним кто-то залетит и утащит Витю. – Значит, и сова мне тоже не привиделась!
Кравцов подвинулся к краю кровати, стоящей у окна, и, упершись руками в стол, медленно встал. Витя старался не напрягать больную ногу, поэтому поджал ее, полагаясь на силу рук. Он выглянул в окно и сразу же понял, что стало причиной шока Кира. Огромный волк стоял под их окном, присматриваясь к Кравцову с жутким вниманием. Из широко открытой пасти стекала слюна, и показывались острые желтые зубы. Волк пронзительно завыл, и Кравцов инстинктивно отодвинулся от окна, стараясь скрыться от этого дикого взгляда. Но даже не видя зверя, Витя знал, что тот все еще стоит и смотрит. Волк даже не двигался, будто выстраивал план атаки.
Вдруг Кравцов заметил в темноте непонятные очертания туловища зверя. Приглядевшись, Витя понял, что на волке висит пальто. Схватив со стола телефон, Кравцов под изумленные возгласы Кира с Майей распахнул окно и направил фонарик на волка, который даже не сдвинулся с места. Ветер завывал, предупреждая об опасности. Он тут же растрепал волосы парня, но тот не обратил на это внимание. Ветер стих, но Витя почувствовал, как холод пробежал по его спине, — на звере было пальто Яна, которое Кравцов обронил в горящем здании. Оно было грязным, но полностью уцелело. Прищурившись, Витя заметил, что края пальто были закреплены большими булавками, впивавшимися в кожу волка, из которой текла тёмные кровь.
Кравцову казалось, что это был не просто страх, а кошмар, из которого невозможно выбраться. Он задержал дыхание, и на мгновение время застыло, когда встретился взглядом с волком. Тьма в его глазах была губительна, словно они были окном в ад, а сам волк — вестником неизбежного. Каждый нерв внутри него взывал к бегству, но тело казалось чужим, неподатливым, словно закованным в железные цепи. Глубокий, потусторонний вой волка резонировал в его сознании, проникая в саму душу. Кравцов почувствовал, как мир вокруг него сжался, оставив лишь их двоих во тьме, пугающей и неизведанной.
Не смотреть в глаза. Не смотреть в глаза. Не смотреть в глаза.
Сердце быстро забилось, и зверь сразу это почувствовал. Он зарычал и прыгнул на парня, а он, в свою очередь отдернулся назад. Сзади Кравцов услышал писк Майи и крик Кира. Челюсти волка щелкнули прямо перед лицом Вити, и тогда он увидел — глазницы зверя были пусты, из них вытекала кровь. Тело Вити оцепенело от ужаса; он дрожащими руками закрыл окно и рухнул на кровать, начиная отряхивать с домашней одежды несуществующую грязь, словно успел подцепить то безумие, исходящее от зверя. Он хлопал по рукам, плечам, животу, затем перешел на ноги, пока Кир не схватил его за запястья и не прекратил его психоз.
– Он смотрел прямо на меня…Но не видел, – Витя замотал головой, смотря куда-то мимо Маевского, – Нет, не видел. У него не было глаз. Он нашел нас по запаху…По запаху и шуму.
– Надо сходить к Крису! Вдруг и к нему кто-то наведался. – Майя подорвалась с места, но остановилась прямо у входа, обернувшись на парней, – Не открывайте больше окно. И сидите тихо.
Матвеева выключила свет и покинула комнату. К счастью, настенный светильник продолжал излучать мягкий, успокаивающий белый свет. Витя наконец-то смог унять дрожь в руках, но в сознании его всё ещё крутилась одна и та же ужасная сцена, словно заезженная пластинка, как волк стремительно кинулся на него.
– Откуда он вообще взялся? И еще эта сова Майи…– прошептал Кир, медленно поднимаясь с пола.