– Виктор, вы задаете слишком много вопросов, на которые я не могу ответить, – Наталья Игоревна нахмурилась, ее тон был строгим. – Ведете себя как ребенок. Даже хуже.
Кравцов закатил глаза и откинулся на спинку сидения. Он долго наблюдал за дорогой и за тем, как напряжена была медсестра. Словно она хранила какую-то очень страшную тайну.
– Она любит меня? – Тихо и неуверенно спросил Витя, чем вызвал у женщины улыбку.
– Да, она тебя очень любит. Именно поэтому тебе лучше забыть о ней, – Наталья Игоревна страдальчески вздохнула, заворачивая к воротам пансиона. – Если надо будет, она сама тебя найдет.
Глава 11
Запрет на выход из школы был снят под конец недели. Витя наконец вырвался из этих душных стен, мечтая поскорее оказаться в своем излюбленном месте. С горем пополам Кравцов пролез через дыру в заборе, а затем кое-как прошел следующее препятствие в виде высокой травы. Поляна предстала перед ним не в лучшем свете: скатерть, которая лежала на бревне, была разодрана в клочья, и повсюду были вырыты ямки, будто какой-то зверь искал себе пропитание в земле. Это заставило Витю ужаснуться. Он в панике начал озираться по сторонам, но в лесу стояла тишина. Кравцов почувствовал в ней скорбь, и тоже затих, боясь даже сдвинуться с места.
Витя повернул голову в сторону, где почти неделю назад рядом с ним стоял Ян, а его лицо заливалось солнечными лучами. В то мгновенье лес словно обнажил его сущность, выставляя напоказ не уродливые красные пятна, которыми было покрыто почти все тело Шварца, а нечто, что глубоко засело в его душе. Любовь. Чувство, недоступное Вите, недостигаемое для него, в каком-то смысле даже запретное. Кравцов был уверен в том, что Ян еще не разучился любить. Хотя их последний разговор не затрагивал личных тем, но был настолько сокровенным и интимным, что Витя был готов снести к чертям ту кирпичную стену, выросшую между ним и Яном, разбить ее вдребезги и начать все с чистого листа. Однако Шварц не пошел ему навстречу, решив предать и Витю, и их дружбу. Пусть будет так. Это уже не имеет никакого значения.
Лес затаил дыхание, будто готовился к чему-то. Кравцов чувствовал напряжение в воздухе. Подняв голову вверх, он увидел нависшие над деревьями серые тучи, которые медленно подкрадывались к нему. Порыв ветра заставил Витю пошатнуться, и он чуть не упал, сильнее вцепившись в костыли. Как бы ему не хотелось возвращаться в школу, но надвигающаяся гроза погнала его обратно.
Кравцов на прощание окинул взглядом раскинувшийся перед ним лес: деревья начали гнуться к земле от сильного ветра, а небо на горизонте чернело. Вдруг вдалеке на тропинке показался человек и тут же пропал за густыми ветвями деревьев. Витя не разглядел, кто это был, расстояние не позволяло, но этот человек бежал в сторону школы. Возможно, это был кто-то из учеников или учителей. Кравцов не мог раскрыть ему свое место, поэтому поспешил уйти подальше отсюда. Ветер усиливался. Руки и лицо покраснели от холода, волосы растрепались и то и дело лезли в глаза, из-за чего Кравцов плохо видел дорогу.
Выйдя на тропинку, которая вела вниз, туда, где недавно пробежал человек, Витя сел на землю, взяв костыли в одну руку, и начал спускаться с бугра. Поднявшись на ноги, Кравцов прошипел от боли в ноге и оперся на костыли, продолжив путь. Витя примерно представлял, куда идти, но не знал, что в школу есть еще один потаенный проход. Возможно, незнакомец к нему и приведет.
Ветер завывал все сильнее, он будто толкал Витю назад, подсказывая, что ему стоит вернуться. Кравцов жмурился и опускал голову, стараясь не поддаваться этому жуткому натиску, стремительно шагая по длинной тропинке. Вдруг ветер стих, и, открыв глаза, Кравцов замер, его сердце забилось быстрее. В паре метров от него он увидел крупную черную птицу с длинным клювом. По всей видимости, это был грач. Он стоял прямо напротив Вити и не шевелился. Кравцов даже подумал, что это чучело. Но как оно тут оказалось так внезапно? В следующее мгновение порыв ветра подтолкнул Витю вперед, но, охваченный внезапным страхом, он попятился назад, с трудом переставляя костыли. Раздался раскат грома. Грач бездвижно смотрел на Кравцова, словно сама смерть предстала перед ним. На Витю упали первые тяжелые капли дождя, а затем обрушился целый ливень. Загремел гром, совсем близко сверкнула молния, и в это мгновение…послышался выстрел.
Витя закричал. Он четко увидел, как птица беззвучно рухнула, как из ее тельца хлынула кровь. Пуля разорвала её, оставив только кусок туши. Кравцов потерял дар речи, ему хотелось бежать. Он был уверен, что следующее попадание будет в него, и, хотя его разум кричал о необходимости спасения, Кравцов понимал, что не успеет скрыться от пули. Ноги приковало к земле, и он не решался сдвинуться с места.