Днем ранее Александр потерял флот, едва избегнув гибели сам. Расстроенный и уставший, он сидел в своем шатре, когда явился гонец от Гефестиона.
- Александр! – возопил он, смяв уважительный поклон. – В войске бунт! Они требуют тебя!
Царь решительно поднялся.
- Мой царь, - не унимался посыльный, - прикажи охране следовать с тобой!
- Будь я в стане врагов, - косо ухмыльнулся Александр, - я не послал бы за охраной! Какой я царь, коли убоюсь своих же собратьев?!
Багой, возившийся у ног повелителя, упал на колени, вцепившись в голень Александра.
- Мой повелитель, не ходи без охраны! Это опасно для тебя!
Александр расхохотался.
- Пусти! Не хочешь же ты, чтобы я появился перед воинами с такой гирей на ноге?! Я всегда бросал вызов Судьбе, неужели она откажется от удовольствия получить его теперь?
Едва защелкнув застежку на кирасе, Александр понял, что гудящая толпа уже подступила к шатру. Он резко откинул полог, явившись войску. Гул не стихал. Постояв так, Александр поднял руку, призывая к тишине.
- Я готов выслушать вас! – твердо произнес он. – Что на этот раз послужило поводом лишить меня покоя?!
Несколько бывалых воинов выступили вперед. Царь посмотрел на них так, что они не сразу решились начать.
- Мой царь, - произнес один, стараясь унять бушующее дыхание.- Нас уже почти не осталось, но те, что еще живы устали и больны! Мы уже не верим, что когда-нибудь вернемся домой…
- Я уже слышал это на Гифасисе, - холодно перебил Александр.
- Мы хотим домой! Мы устали! Ты обещал нам скорое возвращение!
- Разве я нарушил слово хоть раз?! Разве не повернул, уступив вашим просьбам?! Разве мы не возвращаемся в Македонию?! Если это не так, скажите мне прямо!
- Мы только что потеряли корабли и наших товарищей, но ты не поворачиваешь назад!
- Назад?! – воскликнул Александр. – Вы хотите идти назад через завоеванные земли?! Вы хотите, чтобы те, кого мы покорили, увидели, как мало нас осталось?! Если вы готовы стерпеть поругание, идите! Бросьте вашего царя здесь и расскажите всем, как он вел вас кратчайшим путем домой, но вы сами не пошли! Нам осталось пройти земли оксидраков и гедроссов, чтобы выйти к океану и дальше на судах до Вавилонии! Я не обещаю вам, что путь этот легок, ибо вы видели еще на Гидаспе, во что превратились те, кто считают себя потомками спутников Геракла, но этот путь краток!
- Ты говоришь нам об океане много дней, но где же он?!
- Неужели вы не чувствуете его дыхание?! Неужели не улавливаете ветер, напоенный солью волн?! - Александр понизил голос. – Неужели вы верите, что царь, что делил с вами все, теперь может лгать вам? Я стою перед вами без оружия и охраны, как залог своего же слова. Если оно лживо – убейте меня! Если нет – не лишайте той славы, к которой я стремился! Если вы решитесь переступить пределы Геркулеса и отца Либера (2), то небольшими усилиями принесете своему царю бессмертную славу! Позвольте мне уйти из Индии, а не бежать (3)!
Александр замолчал. «Вся толпа, особенно воины, были охвачены сильным воодушевлением. Ведь легче возбудить порыв, чем подавить его. Никогда прежде не слышалось таких бодрых криков в войске, призывавшем царя вести его с благословения богов и сравняться славой с теми, кому он подражает». (3)
Военный совет уже начался, когда в палатку вошел Птолемей. Лица соратников выглядели угрюмыми.
- Я думал, - произнес Пердикка, раскачиваясь на задних ножках легкого кресла, - что хуже согдийцев никого нет.
- Я это слышу от тебя уже не первый раз, - даже не глядя в его сторону, упрекнул Антигон.
- Но оно так и есть!
- Как бы там ни было, выбор у нас небольшой, - не выпуская изо рта конец стилоса, рассуждал Гефестион. – Либо мы затравим их в горах, либо они будут гнать нас до самого океана.
- Их надо так припугнуть, чтобы они не скоро высунули морды из горных щелей, - согласился Антигон, - а самим тем временем убираться отсюда.
- Мы слишком уязвимы в этих горах, - продолжая грызть стилос, ответил Гефестион. – Наша армия состоит чуть ли не из одного обоза. Нынче и тяжелая конница и пехота бездействуют, и мы вынуждены их оборонять.