Уже царила глубокая ночь, когда прибыл Гефестион. Находясь в полутора днях пути ниже по течению реки, он оставил подразделения под начало Кратера и помчался назад, загнав по дороге пару лошадей. Багой остановился, когда Птолемей преградил ему путь, но все же расслышал, как тяжело дышит сын Аминты. Нерешительно войдя в царский шатер, Гефестион упал на колени подле спящего царя. Он готов был закричать, но заставлял себя молчать, с силой ударяя кулаком по стиснутым губам. Багой принес воду и охлажденные полотенца, но замер, не решаясь потревожить Гефестиона. Тот встал, отошел в сторону, но перс все же заметил, что из глаз македонца катились слезы. Юноша осторожно убрал ткани, положив на лоб Александра свежие.
Эти несколько дней, пока Александр плавал между бредом и сознанием, Гефестион был почти нежен с Багоем. Он готов был даже признать, что почти женская забота, с которой перс ухаживал за царем, шла тому на пользу.
К вечеру второго дня Александр очнулся. В клубах молочной пелены перед глазами царь неясно разглядел лицо. Оно нависало, словно свешиваясь с облаков.
- Зевс, ты?- пересохшими губами промямлил Александр.
- Я. Я, - голосом Птолемея ответило видение. – Гефестион! Всплывает!
Где-то послышался грохот, царь вздрогнул и распахнул глаза.
- Птолемей?
- Слава богам! Опознал! – радостно воскликнул Лагид.
- Александр! – Гефестион склонился к лицу царя. – Очнулся.
- Что с крепостью? – сжевывая слова, спросил Александр.
- Да что ей сделается? На месте стоит. Без тебя не решаемся передвинуть.
- А сражение?
- Уже посражались, - срезал Птолемей. – Вот почти дня два сидим ждем, когда ты досражаешься. Ну, как? Победил, наконец?
Александр перевел удивленный взгляд на Гефестиона.
- Победил? – улыбнулся тот.
- Повелитель! – от неожиданности всхлипнул Багой, чуть не выронив таз с водой.
- Два дня? – наконец переспросил Александр.
- Ты два дня воевал, повелитель, - Багой со слезами бросился к ложу.
- Чуть нас дальше Аидова царства не загнал, - подтвердил Птолемей. – Тот, бедняга, аж притомился. Зачем ему, старику такая шумиха? Он вытолкал тебя в загривок и отдыхает теперь. Думаю, не скоро решится призвать тебя опять. Так что, здравствуй, царь царей!
- С возвращением, повелитель, - всхлипывая, улыбнулся Багой и тут же бросился целовать руку царя.
- Слава богам, Александр. Ты вернулся, - борясь с удушьем, произнес Гефестион.
Гефестион отбыл через два дня, оставив Александра, хоть и очень слабого, но в хорошем расположении духа. Не успел он еще стряхнуть дорожную пыль, как почти следом примчался гонец от царя с известием о его скором личном прибытии к передовым отрядам. Не дослушав до конца посыльного, Гефестион воскликнул:
- Так я и думал! Раз никто не может его угробить, он решил сделать это сам!
Кратер лишь пожал плечами.
- Неужели для тебя это новость? Я бы удивился обратному.
Гефестион ничего не ответил, лишь рванулся, в ярости сокрушив со стола все, что попалось.
Уже к вечеру третьего дня в лагере поднялся переполох. Стало известно, что вдалеке у излучины реки появилась судно. Оно шло медленно в полной тишине. Весла едва касались воды. Все население лагеря выплеснулось на берег в ожидании прибытия Александра. Гемиола медленно подошла к наскоро сооруженному причалу. Птолемей встал, чтобы приветствовать воинов, но тут же поднял руку, требуя тишины.
- Ваш царь Александр, - крикнул он, - волей богов жив, но еще очень слаб! Однако, он прибыл сам, чтобы вы все видели, что он в вами! Воздайте богам почести и молитесь о его скором выздоровлении!
У шатра на корме поднялись пологи, и все увидели Александра. Он с трудом поднял руку, приветствуя подданных, но вскоре в бессилии уронил ее на ложе. Подали сходни. Птолемей спустился, заключив Кратера в объятья.
- Приветствую тебя, дружище. Наконец-то. Я думал, это уже никогда не кончится.
- Как он? – спросил Кратер, не зная, к чему готовиться.
- Выел мне мозг и обглодал кости. Представляешь, Кратер, он всю дорогу указания давал. Меня до сих пор трясет.
- Чего хотел?
- Ты не поверишь! Коня!
- Че-во?
- На коне, говорит, к войску поеду. Пусть они, мол, видят, что он бессмертен.
- Боги! Он безумен.
- Ну, это уже не новость. Представь, под него еще ночную вазу подкладывают, а он уже о завоеваниях толкует. Боги! Как я рад, что добрался до вас! Мечтаю напиться до бараньего визга, чтобы пару дней не о чем не думать. Ну, иди, принимай наследство.