- Расскажи про Аорн, - попросил молодой македонец.
- Аорн. Зайдя в Индию и разметав тамошнее население, Александр направил войско к Аорну. Легенды гласили, что Геркулес осаждал скалу, но тщетно. Хотя кто знает, отступил бы он, не случись там землетрясение. Взыграла тогда в Александре геркулесова кровь. Ох, взыграла. Подошел он к скале и изумился. Высокая, ровная, стадиев сто у подножья и высотой, наверное, около шестнадцати. С юга ее омывал Инд, а с других сторон пролегли непреступные глубокие пропасти и обрывы. Казалось, кто-то старательно вырубал ее, уж больно ровная она была и гладкая. Кверху скала сужалась и переходила в остроконечную вершину. И вот там, наверху, вооружившись, и засели инды. Александр осмотрел скалу и приказал разбить лагерь. Мы пребывали в недоумении, царь бездействовал, даже совет не собирал. Поначалу мы решили, что он принял решение просто осаждать Аорн, но вскоре сомнения рассеялись, когда к нему подошел сильно раздраженный в последнее время Гефестион. За месяцы бактрийской кампании сын Аминты, как видно, устал. Александр постоянно посылал его то возводить переправы, то закладывать форты, после чего, снявшись с лагеря и преодолев незначительные расстояния, опять оседал, и Гефестиону приходилось начинать все сначала.
- Ты сидишь так, словно уже знаешь, что делать! - обрушился на царя его друг.
- Не знаю, - ответил Александр, не отрываясь от созерцания вершины. – Я жду.
- Ждешь?! Чего?!
- Старца.
- Какого старца, Александр?! Откуда?!
- Какого – не знаю, откуда - тем более.
Гефестион всплеснул руками.
- Отлично! Может, и мне прикажешь присоединиться к тебе в ожидании этого чуда?!
- Мне было предзнаменование. Надо ждать.
- Очень хорошо! А в предзнаменовании тебе случайно не шепнули, как долго?!
- Нет.
- Еще лучше! В таком случае распорядись, чтобы меня не дергали! Я удалюсь куда-нибудь и предамся ожиданию! Надеюсь, чудо прибудет во время!
Уже к вечеру Александру доложили, что некий старик килликиец в сопровождении двоих сыновей просит о встрече с царем. Старец был сущим нищим, жившим в этих местах уже давно. Убежищем ему служила пещера с тремя каменными ложами. Он спросил, заплатит ли царь, коли он покажет обходные тропы, так как за долгие годы изведал здесь каждый камень. Оставив в заложниках одного юношу и дав старику легковооруженный отряд, Александр приказал изучить местность. Вернувшись утром, разведка доложила о результатах.
Отправив отряд занять у подножья скалы единственную насыпь, служившую проходом, Александр призвал к себе инженеров и командиров. Указ показался чудовищным: засыпать стволами деревьев пропасть и возвести платформу, пригодную для осадных машин и катапульт. Старожилы, те, что шли с Александром сначала заулыбались. По сравнению с Тиром, где Александр посягнул на море, возведя к острову мол, здешняя пропасть показалась им игрушкой. Начались работы, лес валили без устали и передышек. Благо, леса было в изобилии. Распознав идею царя, инды, что сидели наверху принялись ожесточенно обороняться, видимо надеясь, что Александр отступит. Должен сказать, погубили они народу несчетанно. Им бы понять, каков наш царь, и своим и нашим бы жизни сохранили. Да не знали они, потому так и вышло. Когда и насыпь была готова и орудия собраны, принялись мы бить их нещадно. Казалось, там и мухе выжить-то невозможно, горит все, грохот неимоверный, а они все не сдаются, и все тут. На седьмой день, движения наверху стихли, потом смотрим, спускаются и трупы с собой волокут. Александр отступил с насыпи и сел ждать. Мало их спустилось, да и те все перекалеченные были. Бросились они царю в ноги, пощады просили, да только он и слушать не пожелал. Мертвых похоронить не позволил, а выживших распял. Поднялся после на Аорн наш царь, алтарь там возвел, принес жертвы Геркулесу и богам, и мы дальше двинулись.
- Ты так спокойно рассказываешь, - взволнованно произнес молодой пехотинец, - что кажется, ничего не произошло.
- А ничего и не произошло. Я воевал еще с Филиппом, прошел все битвы, еще не такое видел. Что мне этот Аорн? Так, сучок в зубах поковырять!
(1) – Цитата. К. К. Руф «История Александра Македонского» Книга V11, глава 1.
ГЛАВА 11.
АРХЕЛАЙ, СЫН МЕНИДА,
- Что же теперь будет? – надломив тяжелеющую тишину, спросил юноша.
Ответа не последовало. Воины у костра, угрюмо и молча смотрели на угли. Вавилонская ночь привычно распластала разгоряченное тело на месопотамском ложе. Было непривычно тихо, словно она думала, как ответить на вопрос, столь нелепо потревоживший ее.