- Тс, дура! Никогда в лесу этого слова не говори, иначе зверь услышит и прийдет! – Вук аж дышать перестал, сразу видно не умеет она в лес ходить, надо было её домой отправить.
Хорошо, что путники уже на полянку вышли, иначе бы встречи со зверем нельзя было избежать. Севка тут же сумку сбросил и пошел хворост собирать. Как Вук и наказывал, брал только с земли, ветки не ломал. Хоть шли они, не торопясь, все равно ноги устали, а живот забурлил. На свежем воздухе аппетит другой совсем, да и еда вкуснее. Вук принялся костер разжигать, а Забаве наказал сумку разобрать с едой. Но внимание Забавы было увлечено этой полянкой. В лесу темно и холодно было, а на полянке солнышко девушку отогрело. На зеленой траве роса сияла, словно звезды, все вокруг светилось. Смотрит, наступишь на травинку, а не мнется она под ногами, встает как была. Да и цветов, что на поляне росли она никогда не видала, но срывать боязно было, вдруг Вук разругался бы. Оставалось только любоваться. Пестрым ковром раскинулись алые бутоны, повернутые к солнцу, сияли, как угольки в костре. Из всего разнообразия знала она только хохлатку, которая росла по краям полянки, да кислицу, которая все, куда взгляд упал, усыпала. Время поджимало, надо было отогреться и дальше пойти, все же принялась она сумку разбирать, постелила холщовую ткань. Пару кусков солонины выложила, помидорину размером с кулак, да такую ароматную, что запах цветов перебивала. Картофель весь Вуку дала, чтобы тот в костер забросил, она пойдет им на ужин. Вот и Севушка с хворостом подоспел уже, как костер поднялся, так сели они обедать.
-А почему нельзя слово называть? – она все не могла успокоиться.
-Потому как имя его древнее всех зверей, что есть в лесу. Да и не его это настоящее имя, его так боялись, что настоящие название утеряно. Силу оно имело неописуемую, да страх внушало такой, что и думать страшно было, не то, что произносить в слух. Слово медвед-ведающий медом, это кличка его, она так и осталась. А звать его в лесу даже по кличке нельзя, слух у него хороший, ты не смотри, что он лопоухий. Прейдет и разодрёт тебя. А бывали истории и хуже, ежели ему женщина приглянется, то он может её в свою берлогу утащить, медвежьей женой сделать. Не любит он, когда попусту беспокоят. А теперь сиди и ешь молча, нечего языком чесать. Идти уже пора. – интерес Забавы его начинал немного раздражать, да что сделаешь, ребенок же еще, хоть и выглядит взрослой. Жизни деревенской не знает, а обычаи тем более.
Севка же за обе щеки солонину уплетал, да помидором закусывал. Сказки он эти в детстве слышал, да только сейчас верить начал. Поскольку разговаривать он не мог, то занимал себя мыслями всякими, да выдумками. Вот вернется он от Настаськи, всей молодежи расскажет, что в лесу темном был. Его друзья удивятся, что живым вышел и ещё больше уважать начнут. А может, вскоре и сам будет их в этот лес водить за грибами и ягодами. Научит его Вук, как с лесом дружить, а он все будет запоминать. Грибов и ягод он не заметил, но вдруг места знать надо. В лесу же все прячется, уметь надо искать, просто так грибы в корзину не запрыгнут. Очнулся от мечтаний он только тогда, когда попутчики все собрали, да окликать его стали, чтобы он на землю спустился.
На полный желудок идти было тяжелее, зато сил набрались и усталость ушла. А когда вновь глубже в лес зашли, так прохлада и запах хвои взбодрили. Севка по пути старался найти примечательные детали, то ветку гнутую приметит, то камень во мху огромный. Все старался запомнить.
- А кто тут тропки топчет? – Забава не унималась с вопросами.
- Леший топчет, чем тропки шире, тем гостеприимнее хозяин леса.
-Этот какой-то злой получается? - мурашки прошлись по спине девушки.
-Поговаривают, что местный Леший договор с Чернобогом заключил, поэтому лес такой темный и глухой, вот нечисть вся сюда и ходит. А ежели люди зайдут, то сам Леший их путает, отвлекает уканьем, а как внимание путник ослабит, так направление тропки сменит и выйдешь ты к болоту, а может и того хуже к логову какого-нибудь. Поэтому в эти места ходить опасно, мало кто вернутся сможет. – объяснил Вук.
- А договор-то ему зачем? – девушка почесала затылок, неужто нечисть разум имеет договариваться друг с другом для выгоды личной.
- Вася говорил, что этот Леший всегда был нелюдимым и злющим, никого в лес пускать не хотел. Да вредить напрямую людям не мог, так и ходили все по грибы, да по ягоды. Плутали в лесу, но чаще выходили. Он что может то, завести в непроходимую чащу, да в болото. А ежели лесники опытные, то ты таким их не проймешь. Иногда даже сам выходил пугать, много кто его видел, да мало кто мог описать правдоподобным. Но некоторые приметы сходятся, например, что волосы у него на левую сторону, да лапти перепутаны. Левый лапоть на правой ноге, а правый на левой. Вот надоел он своими пакостями, да решили мужики с деревни лес вырубить, вот тогда Леший помощи и попросил, взамен на это нечисть в лес пускать разрешил. Но никакой Леший не страшен, ежели правила леса соблюдаешь. – подытожил Вук, а затем на Севку посмотрел. Севка белый весь стал от страху, разговоры о Леших явно ему были не интересны. Тем более, что он последний шел, вдруг что, а он и знак подать не сможет. Решил он палочку поднять, кинет в затылок Вука или Забавушки, авось обернутся. Забава же была заинтересована, приобняла Севку и за щеки потрепала, чтоб тот не робел.