-Быстрее на ту опушку, слышишь, Севка? К свету нам надо, быстрее! – скомандовал мужик так громко, как только мог.
Севка обернулся, а чудище все ближе и ближе, согнулась нечисть да за ними через кусты пробирается, страх чует, а от этого еще свирепее становится. Уж черты лица различить можно, глазницы пустые были и чернющие как сажа. Пасть круглая, бежит и зубами острющими стрекочет. Добежали путники до островка света, да остановил их Вук. Севка как смотрел на нечисть, так и смотрит, остолбенел от страха, решил глаза зажмурить, чтоб смерть спокойнее была. Простился он уже в мыслях и с Дедой, и с Зойкой. Обидно, что в холодном лесу свою погибель сыскал. Тело в деревню родную-то не вернут, а даже если и искать будут, то не найдут. Забавушку свою защитить не смог, надо было её в деревню кулаками гнать. Забава, что есть сил вырывалась из хватки мужика, пиналась и орала, даже руку до крови прокусила. Жить-то хотелось так сильно, что все что угодно сделала бы, чтобы дожить годы, что ей отведены. Злость её охватила такая на ВукаВука, что готова была его со света белого сжить, загрызть, как зверь дикий. Да сил не хватало, и ощутила она свою безысходность, сердце горящее грусть в тиски, взяла, аж грудную клетку защемило, зубами заскрипела. Слезы покатились по красным щекам, вверх глаза подняла, а там на чудище свет солнечный пал, да пропало оно. Как силуэт растворился, так Вук с рук её спустил. Присели все на травушку, обдумать что же это было, да объяснений не нашли. Молча около часу сидели, отдышаться пытались, как немного успокоились, так Севка запасы проверять начал, в сумке буханка хлеба была, помидор и остаток солонины. Да аппетиту не было, зачем смотрел и сам не знает, отвлечься хотел от встречи. На руки свои внимание обратил, а он весь в крови, ветви-то хорошо кожу рассекали. Боль почувствовал, а вместе с ней и себя живым. Забавушка сидела с круглыми глазами, подвывая, вся подранная, тоже в крови, все лицо ветви рассекли. На секунду парню показалось, что та кровавыми слезами плачет, да обошлось все.
- Ну, Забава, ты воин, меньше теперь буду за тебя бояться! – похлопал её по плечу мужик. Зауважал за то, что бороться за жизнь начала, такая не пропадет. Посмотрел на руку свою, а та хорошо прокусила, глубоко. Хорошо мозоли натер, а то насквозь бы прогрызла. У мужика кожа грубая была, небольшие царапки только остались, больше всех Забава пострадала.
-Вук, миленький, прости меня! – девушка вскочила с места, да обняла его так крепко, как только могла. А затем Севку потрепанного увидела и на нем повисла. Радость великая, все целы остались.
- Да ладно тебе, я не серчаю, а горжусь!
- А что это за чудище было такое? – спросила девушка, почувствовал, что опасность миновала. Поняла она, что доверять Вуку надо, зла он не желает.
-Жердень это был, мой прокол, извините. К тому и лучше, быстрее в деревню выйдем. Только на ручей зайдем, отмыться. – Вук голову склонил, поднялся да, вышел на правильную тропку. Ребята, словно утята, пошли за ним, как за мамой-уткой.
Солнце просачивалось через кроны, и всем становилось спокойнее. Воочью же видели, что солнечный свет делает.
-А кто это такой-то? – новый знакомый вызывал в ней как страх, так и неподдельный интерес.
Севка старался их не слушать, он все дорогу запоминал, только на этот раз для того, чтобы ненароком к сторожке не вернуться.
- Дух злой, чаще в глухих лесах шастает или на болотах, иногда и в деревню выйти может, но это редкость. Помню, и к нам в деревню захаживал. Приехал как-то чужак к нам, дом построил, а ворота на север поставил. Через них он и проник, приходил да в дома заглядывал. А ежели вечер холодный, то лапища свои грел о дым, что из трубы идет. Как ворота переставили, так и пропал. А мужика их деревни взашей погнали. – поведал мужик.
-Не слыхала о таком…
-Не думал я, что огнем печным опасность навлечем, простите меня, ребятки. Вот почему полешки за крыльцом мокли. Хорошо хоть домовой добрый подсказал мне, что беда идет. – он тяжело вздохнул.
-Ты домового видел? – Забавушка ахнула, то щепка какая-то нападает, то домовые. Она думала, что сказки все это, что бабушка пугала просто, а нет, все и вправду существует. Старалась панику не наводить, ждала пока из лесу выйдут наконец-то.
-Нет, домовые невидимые. Ежели хотят на контакт выйти, то к спящему приходят, на грудь садятся, и тогда спросить надо вопрос «К худу или к добру?», а он и ответит.
Севка хоть отстраненно шатался, но на ус наматывал, на всякий случай. Он уже и не знал, что дальше приключится может, чем дальше, тем страшнее. Он уже было подумал, что немым не так уж и плохо быть. Надоели ему эти страсти с нечистью, за что это на него обрушилось и сам понять не мог. Еще Вука и Забавушку приплел, сам бы мучался, а теперь все страдают.