Как только собрание, наконец, закончилось, и другие омеги вышли из комнаты, Дэни направилась прямо к Бри.
— Я понимаю, что у тебя врождённая проблема с властью, но тебе нужно избавиться от этого. Я твой начальник. Если попрошу тебя сделать что-то, связанное с делами омеги, ты это сделаешь. Ты не игнорируешь меня. Ты не противоречишь мне. И ты не станешь намеренно унижать меня перед остальными.
Кошка Бри обнажила клыки и взмахнула хвостом.
— Если я даю кому-то слово, я его не нарушу. Ты это знаешь, поэтому знала, что я не расскажу тебе о проблеме Куинна. Ты уверена, что не подтолкнула меня к этому только для того, чтобы появился повод поупражняться на мне своими основными мускулами?
— У меня нет выбора, кроме как быть с тобой суровой, Бри. Я научила тебя давать советы и направлять людей, точно так же, как я учила других омег. Они следуют моим указаниям. Ты — нет. Твой подход к оказанию помощи другим совершенно неуместен.
— Так ли? Или всё иначе? Я буду первой, кто признает, что я не величайшая омега.
Смех Дэни сочился снисхождением.
— Это мягко сказано, тебе не кажется?
— Мне кажется, что если бы Винни стал свидетелем того дерьма, которое ты только что вытворила, надрал бы тебе задницу за злоупотребление властью, пытаясь, по сути, заставить кого-то подчиниться своей воле.
Веселье исчезло с лица Дэни.
— О, ты собираешься побежать к Винни со сказками?
— Если это случится снова, да. Потому что с меня хватит. Как ты часто напоминаешь мне, ты главная, так что веди себя соответственно, а не наказывай меня за то, что я абсолютно не могу контролировать. — С этими словами Бри вышла.
От неожиданности Элль чуть не выронила валик и уставилась на Бри.
— Он упомянул поцелуй? Поцелуй? Он действительно признал, что это произошло?
— Ага, — ответила Бри, проводя валиком вверх-вниз, нанося мягкую, спокойную синюю краску на стену. Эль попросила плату за помощь с перестройкой спальни обещанием пикантной информации, потому как редко что-то делала просто так.
— Не могу поверить, что ты говоришь мне это только сейчас. Хотя нет, могу. Ты как долбанное хранилище. Это сводит с ума. — Элль фыркнула. — Пожалуйста, скажите мне, что есть ещё.
— Это ещё не все. Он напомнил мне о том, как я кончила ему на бедро. В этот момент я напомнила ему, что после этого он оттолкнул меня. А потом… — Она замолчала, не решаясь продолжить, опасаясь, что подруга может придавать этому слишком большое значение.
Элль погрозила пальцем.
— О нет, ты не можешь просто остановиться на этом, Дуайер. Выкладывай.
— Ну, я дразнила его за то, что ему нравится притворяться, будто между нами нет ничего общего. И он стал таким… странным.
— Подробнее о странном.
Бри вздохнула.
— Не хочу.
— Сучка, не оставляй меня в таком состоянии. Рассказывай.
— Он так многословно признался, что я ему нравлюсь — нет, не горячись, я ещё не закончила, — но потом он сказал, что я не готова к тому, что он от меня потребует. — С того дня Алекс не возвращался в магазин. Что хорошо, потому что и она, и её кошка всё ещё были безумно злы на него.
— Он, — мистер Боязнь обязательств, — сказал тебе это? Невероятно. Ты ответила, что планируешь обосрать его так, что он никогда не оправиться?
Губы Бри дрогнули.
— Если ты имеешь в виду, говорила ли я ему, что планирую покинуть прайд, то нет, не говорила. — Она окунула валик в ведро, нанося на него ещё краски. — Это не его дело.
— Не думаю, что ему это понравится. Совсем нет.
— Это не моя проблема.
Элль вздохнула.
— Я не знаю, как отговорить тебя от ухода. Ничего из того, что я говорила до сих пор, не сработало. И у меня такое чувство, что Матео уменьшил мои шансы переубедить тебя, что бы он ни натворил. — Она искоса посмотрела на Бри. — Я предполагаю, учитывая, каким любопытным дерьмом может быть Алекс, что он подтолкнул тебя рассказать ему, из-за чего вы с Матео поссорились. Ты сказала? — спросила она осторожным тоном. И Бри знала, что подруга сойдёт с ума, если ответит утвердительно.
— Нет. Я уже обещала тебе, что ты будешь первой, кому я расскажу, когда буду готова поговорить.
— Я заставляю тебя сдержать это обещание. — Рыжая облизнула губы. — Он сделал что-то плохое, да? — спросила она низким и печальным голосом. — Я знаю тебя. Ты бы не отвернулась от такого друга, если бы он действительно этого не заслуживал. Что он сделал?