Кошка долго и томно потягивалась, скребя когтями по деревянным доскам крыльца. Её нос сморщился от ароматов цветущих растений, пряных трав и нагретого солнцем камня.
Кошка спрыгнула с крыльца и зашагала по колючей траве, не обращая внимания на щекотание цветочных стеблей. Она играла. Исследовала. Гонялась за насекомыми. Шипела на птиц. Тёрлась о горшки и кашпо, чтобы пометить её территорию запахом. Таскала вещи в свой рокарий и из него.
Некоторое время спустя она почувствовала, что её человеческая половина стремится к превосходству, напоминая ей, что её время вышло. Издав недовольное рычание, кошка выпрыгнула из рокария. И тёмная сеть опустилась на её тело, поймав её в ловушку.
Алекс, терзаемый нетерпением, побрёл по улице в сторону домика. Вся поездка была пустой тратой времени. С одной стороны, он был впечатлён тем, что гиенам удалось сохранить местоположение своей территории в секрете. С другой стороны, он был зол, потому что человеком, на которого они нацелились, была Бри. Его Бри.
На ходу он осматривал улицы и крыши. Он знал, что Винни, его сыновья и стражи были на страже, но Алекс будет на взводе до тех пор, пока не будут найдены гиены.
Он также взял за правило следить за любыми признаками присутствия Пакстона. Если парень вернулся, он явно не был доволен тем, что больше оставался в тени. Он не раскрывал себя публично, нет, но и не действовал незаметно.
Завернув за угол к домику, Алекс нахмурился, заметив, как двое охранников Бри усмиряют сопротивляющегося мужчину. Алекс подбежал к ним. И почуял гиену. Он зарычал.
— Что, чёрт возьми, происходит?
— Он торчал на углу, наблюдая за домом Бри, — сказал один из стражей. — Как только мы случайно подошли, чтобы немного поговорить с ним, он убежал. Правда, недостаточно быстро. Мы притащили его сюда.
— Я позвонил Винни, — сказал Алексу второй страж. — Он уже в пути.
— Говорю вам, я не знаю, кто эта девушка Бри! — заявил их пленник. Он был на удивление молод. На самом деле, едва ли несовершеннолетний.
Первый страж выгнул бровь.
— О, это правда?
— Да! — настаивал гиена. — Какая-то пара подошла ко мне на улице и заплатила, чтобы я постоял на углу и посмотрел вон на тот дом, — добавил он, бросив тяжёлый взгляд на дом Бри.
Алекс замер. В голосе гиены прозвучало достаточно искренности, чтобы шерсть у него встала дыбом, а зверь напрягся с головы до ног.
— Какая пара? — спросил Алекс.
— Я не знаю, — сказал гиена. — Мужчина и женщина. Они были парой. Белые медведи.
Алекс прищурился. Парень либо изобрёл самую тупую защиту в мировой истории, либо у него была совершенно другая цель. Отвлечение внимания.
— Чёрт.
Сердце кошки бешено колотилось, она извивалась и царапала тёмную сетку в отчаянной попытке вырваться. Но материал был тяжёлым, толстым и прочным. Он не порвался и даже не истёрся.
По земле застучали шаги. Когда запах белого медведя наполнил её ноздри, кошка зашипела от ярости. Что-то острое вонзилось ей в бок сквозь сетку. Кошка с рычанием отпрянула в сторону.
— Ты вводишь ей все это? — голос был глубоким, хриплым.
— Да, — сказала женщина. — Все готово?
— Готово. Открывай.
Кошка размяла когти. Она не понимала слов. Не знала, чего хотят медведи. Она знала только, что чем скорее она перережет им глотки, тем лучше.
Раздался звук открывающейся молнии. На другой стороне сетки появилось большое отверстие, через которое пробился луч света. Кошка выскочила из сетки.
И наткнулась на металлическую клетку, которая была окружена чёрной тканью.
Дверь с лязгом закрылась. Замок со щелчком встал на место. Ловушка.
Шипя и рыча, она колотила в дверь с такой силой, что та дребезжала. Дребезжала сильно, но не открывалась. В отличие от остальной клетки, она была открыта, так что она могла видеть медведей. Они отпрянули, когда она снова напала на дверцу.
Кошка почувствовала, как её внутренний человеческий рывок вырвался на поверхность. Ничего не произошло. Бри снова и снова пыталась перекинуться. Это было бесполезно. Бри была точно так же заперта внутри кошки, как кошка была заперта внутри клетки.
Желая напасть, укусить и покалечить своих похитителей, кошка снова прыгнула на дверцу. Она по-прежнему не открывалась. Она зарычала — звук, который предвещал возмездие, если они не освободят её.
— Эта клетка защищена от перевёртышей, девчонка, — сказал мужчина. — Ты из неё не выберешься. И та инъекция, которую мы тебе сделали, должна на некоторое время удержать тебя в облике зверя, так что я бы не утруждал себя попытками перекинуться.