- Спасибо, Коль. - Сказал он меланхолично, а потом вдруг словно загорелся какой-то идеей, - ты искать его приехал? Давай помогать буду?
- Будешь, будешь, вот, держи свою отраву да иди, что ли, приляг. - Вмешался Иван, заканчивая данную беседу.
Когда Гриша ушёл, охотник снова закурил, и я вместе с ним. После двинулись к нему на участок. Развернувшаяся только что передо мной сцена была странной. Никогда я не видел, чтобы человек вот так быстро менялся, прямо как актёр какой-нибудь.
По дороге встретили на удивление много местных жителей, они словно специально, завидев Ивана в окне, выбегали для того лишь, чтобы поздороваться и пожелать ему долгих лет жизни, он улыбался и желал им того же в ответ. -Есть хочешь? - Спросил охотник, когда мы оказались на развилке.
- Не, нормально, не голодный.
- Будет тебе, я сейчас баню топить собираюсь, пропустим по маленькой, помоешься хоть, пожрёшь нормальной еды, а не из жестянки.
От таких настойчивых предложений не отказываются, так что скоро уже мы сидели за столом, выпивая и дожидаясь готовности бани. Говорили о жизни и на отвлечённые темы. То, что заваливать его сейчас вопросами о Володе было бы некрасиво, я понял сразу. Узнал, что Иван — бывший военный, здесь занимается охотой, а точнее: мясом питается сам и делится с пожилыми соседями, шкуры в основном отправляет в город, а там уже его сын находит, куда их пристроить и высылает за это дело деньги. Переезжать к сыну Иван отказывается, как бы тот ни уговаривал, всегда аргументируя отказ тем, что без него местные совсем загнутся, а ему хочется дать им уйти спокойно, естественным путём. В целом, узнав его поближе, моё мнение об охотнике поменялось в лучшую сторону, хотя я всё равно считаю, что сильно много он на себя берёт. В баню пошли рано, ещё светло было. Почти не парились, да и Иван настоял на том, чтобы расходиться по домам, пока не стемнело. Вызвался также проводить меня, а возле дома, прощаясь, сказал:
- Ты это, можешь не верить наши суеверия и всё такое, но всё же закройся сегодня получше, да спать пораньше ложись, старики говорят, неладно что-то, неспокойно, а они ведь такое чувствуют…
- Ладно, в этот раз я вас…
- Давай на «ты», водку ж пили вместе.
- Хорошо, Вань, в этот раз сделаю так, как ты сказал, с меня не убудет. - Заверил я новоиспечённого товарища.
- Вот и ладушки, пойду я.
- Спокойной ночи.
- И тебе, Коль, того же.
Пошатываясь, я ввалился в дом, задвинул засов, прошагал на кухню, пару раз врезавшись плечом в стену, в поисках воды. Про себя изумлялся тому, как быстро, а главное, просто люди в провинции заводят знакомства, друзей, не в пример холодному и одинокому городу. Из-за облака выглянула луна, когда я уже пытался нашарить рукой спички. «Хах, ну прямо судьба говорит мне послушаться охотника», - подумал я, попил воды и, лишь полного успокоения ради, взглянул, заперты ли окна. Лёг в постель, затворив за собой дверь. В сон я провалился также быстро, как меня из него вырвал шум снаружи. Спросонья показалось, что начался сильный ливень, прямо мощный такой, с градом. Попутно я пытался разглядеть циферблат часов, что никак мне не удавалось. Тут мой мозг начал просыпаться полностью, и я понял, что шум, как для ливня, слишком уж нетипичный: громкий, аритмичный, похоже на что-то среднее между толпой бегущих людей и стадом лошадей. Я приподнялся на кровати, собираясь выйти и поглядеть, кто это там скачки решил у меня под окнами ночью устроить. Спустил ноги, встал, подошёл к двери и остановился. Какое-то смутное сомнение, смешанное со страхом, сковывало меня, не давая дотянуться до ручки. А потом меня осенило: какие к чёрту лошади? В деревне ни одной даже самой захудалой кошки нет. Но и люди издавать этот звук, по сути, не могли: во-первых, с чего бы это старикам вдруг бросаться бегать вокруг моего дома как бешеным, во-вторых, судя по звуку, здесь населения столько нет! Тогда я медленно, стараясь не дышать лишний раз, вернулся к кровати, которая предательски скрипнула, на что снаружи последовала реакция в виде усиления интенсивности пугающего меня звука возле забитого досками окна над этой самой кроватью. Будто те, кто там бесновался, все разом ринулись проверять, что это там такое интересное произошло. Я лежал, боясь шелохнуться, где-то с час, пока, наконец, не уснул, а может и просто отключился от нервного перенапряжения и не до конца вышедшего из крови алкоголя.
Разбудил меня стук в дверь, я не сразу понял, что во входную. В голове пронеслось пережитое. Теперь я не был уверен, что это не сон, но также я не мог никак понять, утро сейчас или всё ещё ночь, в комнате было темно. Стук не прекращался, а я затаил дыхание, пока не услышал своё имя, выкрикиваемое с крыльца. Тут же, стоило мне узнать голос Ивана, всё отлегло. Наспех накинул одежду и пошёл открывать, подумав: «Ну и приснится же». На пороге меня встретили Ваня и, что меня удивило, Гриша. Охотник облегчённо сказал: