— Тебя — угощаю… — женщина щёлкнула пальцем бармену, — Ещё коньяк… вот этому… и тем двум… я плачу…
…Они показались ей очень интересными ребятами… Але захотелось почувствовать себя совсем молодой девушкой… особенно с этим красавчиком… как его там… Ромой!..
— Ромка, ты классный парень! — обняв одной рукой парня за шею, другой Александра подняла очередную порцию коньяка, — Почти как мой Мишка!.. Знаешь, кто такой Мишка?..
— Не знаю… — Роман смотрел на неё каким-то странным взглядом, в котором были и насмешка, и какой-то определённый интерес, — А кто у нас Мишка?
— Мишка — это мой сын! — Александра с гордостью прицокнула заплетающимся языком, — Ему сегодня исполнилось пятнадцать лет… Представляешь?!
— Так за это надо выпить! — парень взял свой стакан и, подняв чуть вверх, посмотрел сквозь него на софит, — Тю… только хотел выпить за Мишку… а там — ничего нет…
— Нет проблем… — Александра снова жестом подозвала бармена, — Всем ещё по сто… нет! По сто пятьдесят!..
— А ты красивая… — рука Романа недвусмысленно скользнула по спине Александры, — И не скажешь, что у тебя такой взрослый сын…
— Ой-ой-ой… — скривив лицо, она попыталась кокетничать, — Льстец…
— Нет, правда… — его карие, какие-то шальные глаза были так близко, что, пытаясь сфокусировать на них зрение, Аля почувствовала, как у неё закружилась голова.
— Ты знаешь, сколько мне лет?.. — она вновь пьяно усмехнулась, — И вообще… ты знаешь, кто я?..
— А кто ты?.. — несмотря на выпитое, он казался трезвым и смотрел на неё с насмешливым интересом, — Наверное, Золушка… которая пришла на бал?..
— Ой, насмешил!.. — Аля громко расхохоталась, — Золушка… хотя… Наверное, ты прав… И ровно в двенадцать часов я превращусь… Знаешь, в кого я превращусь?!
— В кого?..
— В жену одного крупного бизнесмена… — откинутая назад голова и чуть прищуренный взгляд должны были изображать превосходство, во всяком случае, Аля представляла всё именно так, — Не веришь?!
— Не верю!.. — парень явно её дразнил, — Докажи!..
— Дурак ты… — Аля скривила губы, — Зачем мне доказывать… Я только скажу фамилию, и ты сам всё поймёшь…
— Ну, скажи… скажи…
— Мясников… — она многозначительно приподняла брови, — Знаешь такого?..
— Нет… — пожав плечами, парень покачал головой, — Не знаю… А кто это?
— Ты что?! — Александра возмущённо нахмурилась, — Не знаешь, кто такой Мясников?! Это — владелец ликёро-водочного завода!.. мой муж… А кто такой Семён Дзюба — знаешь?..
— Нет…
— Что ты вообще знаешь?.. Хотя… — она махнула рукой, — Правильно делаешь, что не знаешь… Это такой козёл…
— Кто? Семён Дзюба?
— Мясников… Ой…
Почувствовав внезапное головокружение, Аля сползла с высокого стула и схватилась руками за стойку. Ей захотелось выйти из этого душного помещения на свежий воздух, но она не смогла сделать и шага.
…Она из последних сил попыталась сохранить равновесие, но пол вдруг стал мягким, а горящие вокруг софиты закрутились, собираясь в один световой пучок… потолок поплыл в сторону… Последнее, что она запомнила, были чьи-то руки, подхватившие её и потянувшие в сторону выхода…
Проснулась Александра от дикой жажды. Казалось, что если она сейчас не сделает хотя бы одного глотка воды, то умрёт от внутреннего жара. С трудом пошевелившись, она еле открыла глаза.
…Потолок был явно чужим… на нём не было её итальянской трёхрожковой люстры — вместо неё висела обыкновенная лампочка, даже не прикрытая плафоном. Да и сам потолок не отличался белизной — он был грязно-серым, давно не видевшим побелки.
Услышав сбоку чьё-то дыхание, Александра с ужасом повернула голову — рядом с ней, на соседней подушке спал какой-то парень… Откинув простыню, заменяющую одеяло, она захотела немедленно встать, но, опустив глаза, тут же торопливо прикрылась — одежды на ней не было…
Совсем не было…
…Платье и бельё валялись тут же, на полу, и, кое-как дотянувшись до них, она с трудом оделась. Судя по тому, что за окном было довольно шумно, утро наступило уже давно… Обводя взглядом комнату, она содрогнулась — грязные, кое-где оборванные обои, какие-то плакаты на стене, старый, жёлтого цвета, плательный шкаф, стол, три стула… и кровать — с панцирной сеткой…
Сумочка валялась тут же, на давно не крашенном голом полу. Открыв её, Аля проверила кошелёк — от вчерашней суммы оставалось совсем немного, но на такси должно было хватить.