— Привет. — Не отрывая от неё взгляда, друг пожал мне руку. — Как зовут?
— Таня. — Она ответила это быстро и в последний раз смущенно глянула на меня. — Пока, Кирилл.
Она пулей влетела в подъезд, оставив моего друга с открытым ртом. Он медленно перевёл на меня хитрый взгляд и заговорщически улыбнулся.
— Кирюх… — Друг лукаво сверкнул глазами. — Ты б написал, я бы попозже пришёл.
— Да блять, угараешь что ли? — Я закатил глаза. — Это дочь дядьки, рассказала мне тут про него…
— Ага, да. — Ехидная физиономия не сходила с лица Артёма. — Правда, она ж полторашка какая-то, в грудь дышит, ха-ха. Не, если тебе нравится…
— Боже… — Я недовольно опустил на него глаза. — Ей пятнадцать лет, ты прикалываешь что ли?
Друг присвистнул и задумчиво скривил губы.
— Не, ну недолго осталось, конечно… — Артём ухмыльнулся.
— Да иди ты нахуй. — Я вымученно вздохнул и открыл подъездную дверь.
Мы поднялись в квартиру. Я передал дорожную сумку другу, а сам напоследок скидал часть вещей в портфель, выключил везде электричество и перекрыл воду. Взглянув последний раз на свою квартиру, я закрыл дверь на все замки и мы направились в путь.
Дом Артёма встретил меня громким телевизором, детским смехом и булькающим звуком на плите. Я только успел разуться, как ко мне подбежала трёхлетняя девочка и сильно обняла мою ногу. В коридор вышла низкая полная женщина, вытирающая руки полотенцем.
— Кирюша, привет, проходи! — Она по-доброму улыбнулась мне, а после грозно глянула на сына. — Тёма, посади сестру за стол, она не доела.
Артём незаметно для матери выругался и поднял сестру на руки. Девочка захныкала и забила по его плечам кулачками, пока он уносил её в сторону кухни. Я закинул свои вещи в комнату друга, в которой, как обычно, творился полный хаос: вещи валялись на не заправленной кровати, плавно свисая на пол, гора пустых кружек стояла у монитора, на стенах беспорядочно висели какие-то графики и схемы, пепельница у окна была заполнена горкой окурков. Я сел на компьютерный стул и начал вертеть в руках фигурку машины, которая стояла у него на столе.
— Пошли, мать поесть приготовила. — Голос Артёма донёсся со спины.
— Не… — Я ответил, не поворачиваясь. — Не хочу есть, спасибо.
Я услышал сзади себя недовольный вздох и матный шёпот. Артём схватил меня за предплечье и силой поволок на кухню. Не успев ничего ему сказать, я уже сидел за столом, а тётя Люба ставила передо мной тарелку борща и свежий хлеб. Как только друг сел напротив меня и приготовился к трапезе, со стороны гостиной раздался истошный детский плач.
— Тёма, сходи посмотри, что у неё случилось. — Женщина села за стол, отламывая себе кусок хлеба.
Мой друг ничего не ответил, только раздражённо опустил ложку в тарелку и вышел из-за стола. Мы остались с тётей Любой одни на кухне, мне стало не по себе. Она буднично начала разговор.
— Ну что, как квартира твоя? — Сказала она, кладя ложку в рот. — Совсем плохо всё?
— Ну, почти… — Я повторил заученную легенду Артёма. — Так сильно затопили, что обои отклеились, ламинат вздулся… Теперь только капиталить. Хорошо, что друзья рядом были, один бы я там совсем с ума сошёл.
— Ужас-то какой. — Тётя Люба цокнула языком и покачала головой. — Тебе уж проще квартиру продать, всё равно уедете скоро. Или вернуться думаешь?
— Не знаю ещё. — Я положил ложку супа в рот. — Всё равно сначала в более-менее приличный вид привести надо будет.
— Ну смотри-смотри. — Женщина потянулась за перечницей и продолжила. — Мне как Тёмка позвонил, я уж думала пожар, прости господи… Перепугался больше тебя.
— Это да… — Я слабо улыбнулся. — Сказал, что силком меня утащит оттуда, если сам к нему идти откажусь.
— А что, не хотел к нам идти? — Женщина вопросительно подняла на меня глаза.
— Да не то, чтобы не хотел… — Я замялся. — Как-то неловко вас притеснять просто…
— Ой, Кирилл. — Тётя Люба устало улыбнулась. — Такой ты скромный, ну совсем не меняешься. Я только рада буду, если ты за этим оболтусом присматривать будешь, а то он совсем обленился, сил моих нет. Да и когда я вас ещё увижу, сорванцов моих.
Я смущенно засмотрелся в тарелку, доедая свою порцию. Мы немного посидели в тишине, и она продолжила.
— Да и если б я не пустила, — Женщина широко улыбнулась. — Тёма бы там с тобой жить остался до самого отъезда, знаешь же, какой он заботливый мальчик.
— Это точно… — Я немного расслабился и улыбнулся в ответ. — Это, честно говоря, даже иногда пугает.