— Стойте на месте, — сказал он, обнажая зубы, всеми силами стараясь выглядеть грозным. — И не шевелитесь, ясно?
Этого парня Роберт знал. Он несколько раз останавливался здесь заправить грузовик и помнил прыщавого служащего со скошенным подбородком, работавшего в вечернюю смену. Как его зовут? А-а, да.
— Привет, Чарли, — сказал Роберт, держа револьвер в опущенной руке так, чтобы его не было видно.
Элдер еще раз быстро окинул взглядом комнату, затем метнулся в угол, опасаясь, что Роберт прячется снаружи и выстрелит ему в спину. Но выстрела не последовало.
Удрал. Этот сукин сын удрал прочь.
Элдер, хоть и был уверен в этом, на всякий случай обыскал лачугу и участок земли возле дома. Грузовик стоял на месте, но Роберта не было ни в кабине, ни под кузовом, ни под брезентом, и Роберт, насколько Элдер мог судить, не прятался в темных местах лачуги.
Каким-то образом он улизнул незаметно, хотя Элдер неотрывно наблюдал за лачугой. Неужто существует какой-то потайной выход, какая-то отодвигающаяся панель или подземный лаз? Нет, это нелепость.
А может, Роберт так много общался с лесными духами, что и сам стал кем-то вроде духа. Может, обрел способность превращаться в дым и уноситься по ветру, а где-то вдали снова принимать телесный облик.
При этой мысли, хоть и нелепой, руки Элдера покрылись гусиной кожей, и он вздрогнул от какого-то холода.
— О черт! — произнес он слишком громко и плюнул в темноту. — Никакого волшебства здесь нет. Этот гад провел меня, вот и все. Теперь вместе со своей рекой Летой смеется надо мной.
Звук собственного голоса подействовал на Элдера успокаивающе.
И все-таки он быстро пошел от лачуги по грунтовой дороге к своей машине, вокруг него лежал темный, тихий лес под рассеянным светом звезд и полумесяца.
— Это всего-навсего я, — сказал Роберт с легкой притворной улыбкой. — Роберт Гаррисон. Я езжу в грузовике «форде». Ты знаешь.
— А-а… — Дробовик опустился, но лишь чуть-чуть. — Привет, мистер Гаррисон. Без пальто не холодно?
Вопрос казался совершенно безобидным, попыткой завязать дружелюбный разговор, но Роберт обратил внимание, что дробовик по-прежнему наведен на него и Чарли не менее нервозен, чем раньше. Подумал, не подслушал ли он часть телефонного разговора.
— Я не замечаю холода, — ответил Роберт. — В такую погоду мог бы ходить вообще без одежды.
— Надеюсь, внизу у вас хоть надето теплое белье.
— Нет.
На Роберте были только рубашка, брюки и сапоги.
— Ну, видать, у вас ледяная вода в жилах. На воздухе дрожь пробирает. — Зубы Чарли несколько раз клацнули словно бы в подтверждение сказанного. — Холодит, как грудь ведьмы, вам не кажется?
— Я не знаю никаких ведьм. — Это, разумеется, было ложью. Он знал Эрику. — Чарли… а ружье зачем?
— Я услышал, что здесь кто-то есть, хотя никакой машины не подъезжало. Это как-то необычно.
— Да грузовик мой никак не заводился, а мне нужно было позвонить. Лачуга моя недалеко отсюда. Я решил, что можно дойти пешком.
— Понятно.
Дробовик по-прежнему не опускался, и Чарли хмурился в напряженной сосредоточенности.
Роберт осторожно сунул взведенный револьвер за пояс брюк сзади, потом с непринужденным видом шагнул вперед.
— Я думал, ты уже закрыл станцию, — сказал он. — Света нет.
— Да, закрыл, но остался здесь, в задней комнате, сидел, думал.
— Думал?
Это занятие казалось для Чарли неподходящим.
— Да, сегодня день выдался паршивый.
— Почему?
— Потому что мой, можно сказать, друг из полиции, который иногда заправляется здесь, получил пулю. — Он внезапно устремил пристальный, испытующий взгляд в лицо Роберту. — Слышали об этом?
Роберт пожал плечами:
— Нет. У меня ни радио, ни телевизора. Предпочитаю обособляться от мира.
— Полицейские к вам, случайно, не заезжали?
Так вот в чем дело.
Полицейские — наверняка союзники охотницы, Харт и Вуделл, — должно быть, рассказали Чарли о допросе. Вот почему парень так пристально вглядывается в него, вот почему дробовик не опускается.
— Заглянули двое патрульных, — ответил Роберт, — спрашивали, не слыхал ли я в лесу стрельбы. Но не сказали, что кто-то из их коллег убит. Какой ужас.
Это представление, казалось, подействовало на зрителя. Чарли опустил на несколько градусов ствол дробовика.
— Собственно говоря, — сказал Чарли, слегка успокоясь, — она не убита.
Роберт захлопал глазами. На его лице, он был уверен, не отразилось ничего. Однако внутри что-то оборвалось. Он оставил охотницу, считая ее мертвой, но она не умерла.