— Как-то не подумал.
Коннор зашагал, обходя кровь.
— Пойдемте.
Дверь в будку кассира находилась сбоку. Когда Коннор взялся за дверную ручку, она легко повернулась.
— Чарли бы не ушел, не заперев. — От тупого ужаса голос Элдера звучал подавленно. — Он надежный парень. Не особенно умный, но добросовестный.
Коннор вошел первым, держа оружие наготове. В будке было пусто — ни Чарли, ни следов борьбы. В ящике кассы были какие-то деньги. Элдер сосчитал их, пока Коннор заглядывал под стойку.
— Семьдесят три доллара, — сказал Элдер. — Чарли должен был забрать их из кассы перед уходом.
— Вы сказали, что осматривали заправку сзади. Машины там нет?
— Нет. Пусто. — У Элдера этот вопрос вызвал недоумение, потом он догадался. — Роберт угнал машину Чарли. Вот к чему вы клоните. Убил Чарли и угнал его машину.
— Думаю, так. Случайно, не знаете, какая у него машина?
— Нет.
— Где у вас рация? — Элдер протянул ее, и Коннор нажал кнопку передачи. — Центральная, это шеф Коннор. Мне нужно выяснить, зарегистрирована ли какая-то машина на имя Чарли… э-э…
— Уиттейкера, — подсказал Элдер.
— Чарли Уиттейкера, жителя округа.
Диспетчер подтвердила прием, и, пока она вводила запрос в компьютер, рация молчала.
В задней части будки была дверь, незапертая. Коннор открыл ее и включил свет. Большая лампочка неярко осветила кладовую.
Среди метел, ведер и пустых канистр стояли ржавый шезлонг и ломберный столик. Шезлонг был отодвинут назад словно второпях. Столик был завален автомобильными журналами, валявшимися раскрытыми в беспорядке.
— Чарли любит машины? — спросил Коннор.
Элдер кивнул.
— Ничем больше не интересуется. Целыми днями смотрит, как они проезжают.
— Значит, после того как выключит свет снаружи и в будке, он входит сюда. Сидит здесь какое-то время, листая журналы.
— Странно, что не поехал сразу домой.
— Он живет один?
— Пока что с родителями.
— Вот, может, ему и захотелось побыть в одиночестве. Потом он слышит снаружи чьи-то шаги или голос говорящего по телефону. Идет взглянуть, кто там. Но перед тем как выйти отсюда, выключает свет, чтобы не насторожить появившегося.
Коннор повел Элдера обратно в будку. Несмотря на положение дел, он чувствовал в глубине души облегчение, так как на асфальте была кровь не Эрики.
— По пути Чарли заходит сюда, — сказал Коннор, — и берет в темноте дробовик.
— Дробовик? Этот маменькин сынок в жизни не брал в руки оружия.
— Загляните под стойку.
Элдер наклонился, заглянул и увидел подставку для ружья, которую Коннор заметил раньше. Выругался.
— Глупый мальчишка. Вооружился и вообразил себя Клинтом Пекервудом. — Измерил подставку ладонями. — Наверняка дробовик или винтовка.
— Дробовик. Я видел в кладовой коробку патронов.
— В прежнее время я бы заметил такую вещь.
— Может, мне просто повезло.
Элдер хмыкнул:
— Может, я просто состарился.
Из рации послышался голос диспетчера, сообщавшей результаты поиска в базе данных.
— В округе проживает всего один Чарльз Уиттейкер, ему принадлежит «хонда» восемьдесят четвертого года выпуска. — Она назвала регистрационный номер и добавила: — Никаких нарушений за ним не числится.
— Объяви розыск этой машины. По всему округу.
— Ясно, шеф.
— Машина может быть угнана, угонщик может быть вооружен и опасен, может иметь при себе заложника.
— Поняла.
— Пусть никто не рискует. Передай это сообщение всем патрульным, шерифу и дорожной полиции. Больше не должно быть происшествий, как… в общем, действовать надо осторожно. Все понятно?
— Да, шеф.
Коннор выключил рацию. Его трясло. Этот разговор живо напомнил случившееся — разговор с Данверз по радио, его решение, потом ее отчаянный код девяносто девять, ее бездыханную, окровавленную, острое чувство вины.
Сделав над собой усилие, он отбросил эти мысли и продолжил воссоздание картины преступления.
— Чарли вышел наружу. — Коннор направился в боковую дверь, Элдер за ним. — Свернул за угол и пошел к телефонам. — Дошел до кровавых луж и указал на стоящие в пятидесяти ярдах две телефонные будки. — Потом столкнулся с Робертом.
— И этот гад выстрелил в парня, — договорил за него Элдер.
Что-то в голосе старшего заставило Коннора попристальнее взглянуть на него. Строгое, морщинистое лицо Элдера побледнело от страдания.
— В чем дело, Пол? — мягко спросил он.
— Теперь я понимаю, что вы испытывали, когда нашли Данверз.