-Вот и доброе утро! - сказал Акселий. А она пальцем другой руки коснулась его губ, а потом ... посмотрела так, что после этого оставалось только одно ... Но что было в этом взгляде? Не только приглашение. Хотя ... казалось, приятно было обоим. Но в ее глазах была еще и безнадежность. Когда, наконец, он уже стоял на полу спальни рядом с кроватью, а Аратта еще лежала на спине, с взглядом, направленным на балдахин, верхняя часть которого опиралась на четыре резных деревянных столбика, он снова заметил это. Даже в большей мере. И сказал:
-А ты что, завтракать не хочешь?
-Хочу, - ответила Аратта. Коротко, одним словом. Но не изменила позу, только смотрела теперь ему в глаза. Тем же взглядом. Удивляясь, что он смотрит в ее лицо, а не ... как можно было бы ожидать.
-Тогда вставай и одевайся. Говори, что хочешь есть, там повара, наверно, уже на месте и ждут. А потом ... расскажешь мне, в чем дело. - В голосе Акселия зазвучали приказные нотки.
-Что ты имел в виду? - спросила, наконец, Аратта, отпивая слабого вина. Акселий хотел за завтраком воздержаться, но люди этого мира, кажется, пили вино вместо воды. Или пиво. Крепким вином они называли то, с точки зрения Акселия, было похоже на водку. Возможно, это был самогон, он не был ценителем таких напитков и не интересовался, из чего их делают. Хотя теперь придется, подумал, потому что это был один из товаров, который продавал его торговый дом.
-Вчера ты сказала, что покоряешься неизбежному. Если ты думаешь, что мне приятно было слышать, то ошибаешься. Но ... я надеялся, что ты делала это без отвращения. И что я вчера ... убедил тебя. Но сегодня ты так смотрела, что ... Чего ты на самом деле хочешь?
-Ты ничего не понял, Акселий. - Она покачала головой. - На самом деле, ты ... я понимаю, что ты сделал для меня все, что мог. И на самом деле я ... просто чувствовала симпатию к тебе еще тогда, во время того спора по поводу мастерской. Поэтому и попросила Хапира встать на твою сторону. А Гверан что-то почувствовал, хотя я даже подумать не могла, чтобы ... что-то такое сделать ... Но он решил убить тебя. Из-за меня. Я понимала это. Я сама поставила тебя в такое положение, но и себя тоже. У меня не было выхода. На самом деле ... да, я все же надеялась, что Гверан взял меня в жены не только из-за отца ... Но, когда его выслали так, будто он для нас умер ... Для меня это было хуже, чем умереть. Я понимала, что погубила и его, - потому что должна была понимать, что он что-то сделает, - и тебя, и себя. Только для меня это закончится ... хуже смерти. Вот поэтому я решила ... с самого начала обидеть тебя так, чтобы ты был вынужден убить меня. И надеяться, что сделаешь это быстро, даже если перед этим захочешь сделать то, что хотел бы каждый мужчина... Но ты не хочешь никого убивать. Ты, не как наши мужчины. Возможно, потому, что чужестранец... Вот о чем я говорила, что покоряюсь неизбежному. Не тому, чтобы быть с тобой. А тому, чтобы жить.
-Но чего ты так боялась? - удивленно спросил Акселий.
-Не боялась. А знаю, что это будет ... Попасть ... на рынок невольников, там, на окраине. Вот теперь ... я бы и не рабыня, но часть... того, на что ты имеешь право, так? У меня осталось имя, но теперь нет фамилии, потому что фамилию мужа я потеряла, а фамилию отца не вернула. Только имя, как и у рабов ... А знаешь, что будет, когда я окажусь там? Как продавец будет ... показывать товар? Знаешь, зачем покупают таких, как я? Чтобы ... поиграться какому-то старому вдовцу, или, наоборот, как подарок подрастающему сыну, чтобы ... ему поиграть и чему-то ... научиться перед тем, как женится ... Это – самое худшее. Потому что перед его свадьбой ... такую рабыню, скорее всего, убьют. Чтобы молодую жену не раздражала. Я знаю это ...
-Я понимаю тебя, когда боишься этого. Тем более, когда только была хозяйкой, если попасть туда ... Но почему ты думаешь, что это произойдет теперь? Неужели ты думаешь, что ... я сделаю такое с тобой? - удивленно спросил он. Аратта грустно улыбнулась.
-Ты действительно не понимаешь, чужеземец? Похоже, да ... Сколько ты здесь, полгода? А я выросла в доме вождя Латира, а затем была женой главы торгового дома Гверана Олта. Я знаю, что будет. Ты что, думаешь, они просто так выслали Гверана так, как будто он умер? Из-за тебя? Из-за чужестранца, у которого никого нет, который, если исчезнет, почти никто и не вспомнит? Ты понимаешь, кем был Гверан? Не просто богатый купец, нет. Его предки были в Совете девяти. И он сам должен был войти в него через несколько лет, когда кто-то из старших членов умрет или уйдет. Но ... он неуравновешенный, его считали опасным ... Поэтому использовали это дело ... Чтобы устранить Гверана, а заодно захватить все, что он имел. Если бы он тебя убил, все было бы еще проще, его бы просто казнили, а имущество конфисковали. Я бы тогда ... стояла на том рынке уже сейчас ... Но ты выжил. Тебе в суде предоставили выбор, так требует закон. Ты решил получить все, что имел Гверан, - я верю, что ты не знал ... что имеешь право на меня ... Но теперь это не имеет значения. Они не смогут забрать торговый дом прямо сейчас, или разрушить, чтобы избавиться от конкурента. Им придется убить тебя. Поскольку наследников у тебя нет, все отойдет городу. Возможно, через месяц, возможно, через полгода, возможно, через год. Но они добьются своего. Ты не сможешь ничего сделать с этим, а меня ... продадут как часть уже твоего имущества. И этого не избежать ни тебе, ни мне. Так что, если ты в любом случае не хотел убивать меня ... и сделал, чтобы я не заставила тебя, то я покорилась неизбежному. А теперь нам остается ... просто ждать. И пытаться получить что-то от жизни, пока можем.