Он забыл обо всем и от всего отказался.
Подался вперед, почти ткнулся в них. Ощутил свежий пьянящий вкус и потерялся в собственных ощущениях…
Кайя словно в сновидение попала. Только там Вилхе обнимал и даже целовал иногда, да только совсем по-другому. То ли по-дружески, то ли вовсе из жалости — быстро и едва касаясь губами ее губ. И никогда — стискивая до боли плечи, прижимаясь отчаянно, словно не зная, как без этого жить, забываясь и не желая останавливаться.
А Кайя не верила в собственную наглость и столь желанный ответ Вилхе, но все же отдавалась его объятиям всей душой, ловя такие сладкие и такие короткие мгновения счастья. Опомнится, осознает, но пока… пока…
— Кайя…
Она едва не расплакалась, услышав в его голосе неуверенность. Не может придумать, как объяснить свой порыв? Опять проявил участие, не желая ее обижать? Вилхе всегда чувствовал за нее ответственность, как за младшую сестренку, да только…
Не сестренка она ему! Никогда не была и не хотела ей быть! Он как мужчина ей нужен, а не как брат! И поцелуи его нужны! И дыхание неспокойное! И голос севший!..
Богини милосердные, да ведь правда же все! И Вилхе, Вилхе…
— Не говори ничего, — зажмурилась Кайя и крепче стиснула руки. — Даже если раскаиваешься уже, не говори. Дай мне хоть минутку… Совсем немного… Я запомнить хочу…
«Да можно, Вилхе, — мелькнули в его голове вчерашние слова отца. — Всего-то и надо — что не верить в божью милость».
Не верила Кайя. И он не верил. И оставалось только гадать, почему не рассердились на них за это Создатели, а, напротив, позаботились о глупых своих любимцах, и столкнули их сегодня лбами, и правильные поступки в сердца вложили, и теперь…
Теперь Вилхе и без помощи знал, что делать.
Взял Кайю за голову, вынудил поднять на себя взгляд и улыбнулся со всей искренностью, на которую только был способен.
— Я люблю тебя! — просто сказал он.
Другого ответа, чем вспыхнувшие восторгом глаза Кайи, ему и не надо было. Богини, и почему он никогда не замечал, насколько она красива? Просто прятала зачем-то Кайя эту красоту. Или до сих пор ее никто пробудить не мог? Или она для Вилхе ее берегла?
— Я всегда тебя любила, Вилхе, — прошептала Кайя и не удержалась, залилась почти алым румянцем — тем самым, что так ему нравился, — отвела взор в сторону, опустила смущенно голову. — Но ты же… Ты…
— А я безмозглым болваном был, — подтвердил Вилхе, хотя и подозревал, что Кайя что-то другое имела в виду. Но не мог он допустить, чтобы она хоть минуту лишнюю мучилась. Слишком хорошо помнил, что это такое. Тоже насочинял. — Не знаю теперь, как перед тобой оправдаться. Думал, тебе Кедде по душе.
Кайя тут же забыла о своих сомнениях и посмотрела на него с таким изумлением, что уничтожила последние крохи ревности.
— Никого, кроме тебя, не было, Вилхе, — невозможно серьезно произнесла она. — И не будет никогда!
У Вилхе зашумело в голове. Вроде и понимал разумом, а Кайины слова проникли в самое сердце. Отогрели окончательно. И толкнули на новые нежности.
Кайя сама не заметила, как снова оказалась в крепких объятиях. В груди бушевало смятение, никак не желая успокаиваться после вырвавшихся признаний. Стыдно было невозможно за свою слабость. Словно навязывалась она Вилхе, говоря, что не сможет без него. Он, правда, первым сказал, что любит ее, и Кайя даже на мгновение поверила. А потом вспомнились все свои недостатки. Зачем ему такая, как она? Невзрачная, неинтересная, да еще и не умеющая владеть собой? Даже если сейчас он уверен в своих чувствах — а у Кайи не было ни малейшего основания подозревать Вилхе во лжи, — пройдет время, и она наскучит ему. Не может быть по-другому!
Или все-таки?..
Ну он же столько лет ее знает! Все ее изъяны может назвать, не задумываясь. И если вместо того, чтобы совсем другую девушку себе найти, в Кайю влюбился…
Она не откажется! Покуда хватит сил, покуда достанет бесстыдства, все сделает, чтобы Вилхе было с ней хорошо и чтобы он не жалел о своем выборе. Потому что без него… совсем никак…
— Кайя… — позвал он, и от прозвучавшей в его голосе нежности закружилась голова. Сколько бы ни было ей счастья отмерено, а Кайя выберет его целиком. Слишком долго ждала.
Вздохнула чуть слышно и смело подняла на него глаза.
Но на лице Вилхе была такая радость написана, что Кайю опять накрыло смущением. Неужели она смогла его счастливым сделать? Своего любимого, самого главного, самого лучшего на свете мальчишку смогла сделать счастливым?