Ри Кридей приподнял бровь и посмотрел на Киру с искренним интересом.
– Пожалуй. Мне нужно, чтоб вы подготовили соответствующую письменную просьбу вашему супругу. Если он подпишет приказ, дозволяющий вам проводить эшелоны через блокированные переходы, ваша печать в этом деле станет равнозначна герцогской. И можно будет не беспокоить его отдельными просьбами.
– Наверное, достопочтенный Алерам сможет подготовить нужный документ.
– Лучше его подготовит мой секретарь. Я пришлю вечером. Придётся приложить обе печати и мизинец. Вам покажут. И ещё один вопрос. С ним ко мне пришёл помощник камерария, который занимается крупными производствами. – Ри Кридей кивнул Тудхалу, который остался у двери, и тот подошёл с электронным блокнотом своего секретаря – всецело готовый к работе. – Поскольку вы отдали распоряжение готовить приграничные заводы к эвакуации, и все с этим согласились, мы начали прорабатывать детали. По этой причине к нам обратились частные инвесторы яримских производств с требованием возместить им финансовые потери в связи с эвакуацией. Очевидно, что пока заводы будут перевозить, доход сильно упадёт. – Он помолчал и добавил. – Речь идёт об очень серьёзной сумме, но компании согласны на рассрочку.
Кира, пытаясь понять суть того, что услышала, нахмурилась, уткнулась взглядом в блокнот. Потом обернулась к карте, где были размечены крупные яримские заводы.
– Так… Прошу прощения. О чём вообще речь? Какие частные инвесторы?.. Я, видимо, сама себя ввела в заблуждение – речь о частных производствах, не о тех, которые принадлежат герцогу? Уточните, пожалуйста. Да: финансы – не моя стихия, поэтому, если можно, объясните простыми словами. Как можно понятнее.
– Постараюсь, ваша светлость. Производства, безусловно, принадлежат семье Рей, яримским владетелям, тут вы не ошиблись. Но ещё при прадеде вашего супруга частные инвесторы сделали весьма значительные вложения на определённых условиях. В дальнейшем делались менее крупные инвестиции. Договор предоставляет частным компаниям право получать дивиденды с яримских производств.
– Всех?
– Да, ваша светлость.
– И какова же доля частных компаний? Сколько дохода они получают?
– Совокупно: от шестидесяти восьми до восьмидесяти двух процентов. Разумеется, они отделяют часть своей прибыли в пользу герцога лично. Примерно два-три процента. Точная цифра договором не обозначена. Добрая воля компаний завышать её, скажем так. Но сами отчисления оговорены.
Кира посмотрела на Ри Кридея круглыми от шока глазами. Она довольно долго молчала, собираясь с мыслями.
– Так, позвольте… Сделанные когда-то инвестиции теперь дают компаниям право на доход?.. Как понимаю, вложения были сделаны больше ста лет назад, верно?
– Да, ваша светлость.
– С тех пор, полагаю, производства выросли?
– Разумеется. Если не ошибаюсь… – Ри Кридей развернул небольшой экран – видимо, с цифрами. – Более чем на двести процентов. Есть и те, что выросли намного значительнее – на пятьсот и шестьсот процентов.
– Угум… То есть, когда-то вложив деньги, теперь эти частные компании (причём, полагаю, не они сами, а их юридические наследники) получают в два, три и даже шесть раз больше? Уже более ста лет? При этом они, как я понимаю, не желают нести никаких финансовых рисков, а возникшие по причине войны финансовые затруднения собираются возложить на герцогскую семью? Всё так?
– Всё верно, – ответил консулар, глядя на Киру испытующе.
– Ну что ж, узнаваемая тактика. Идеальный способ прибрать к рукам государственные активы, иметь доход, даже, скорее, чистую ренту, но не иметь расходов и рисков, и лишь немного платить от себя номинальному владельцу имущества! Кто-то слишком хорошо устроился. – Она задумалась, шевеля пальцами «стрелку» на брюках. – Понятно. Но, как я полагаю, в любом договоре должны быть предусмотрены форс-мажорные обстоятельства. Война к ним несомненно относится. Сообщите этим частным компаниям, что они, коль уж претендуют на доход с производств, обязаны поучаствовать в их эвакуации пропорционально доле своего дохода с них. Посчитайте по максимуму – и за демонтаж, и за перевозку, и за наладку на месте. И за перевозку и устройство рабочих. – Она тоже посмотрела на консулара в упор. Тот молчал, и в его взгляде читался намёк на улыбку. Это могло быть что угодно: от одобрения до насмешки. Но он молчал, и поэтому она продолжила. – Разумеется, им будет предоставлена возможность платить в рассрочку. Если откажутся вовсе – что ж. Пусть не платят. Но тогда герцогская семья заберёт себе их права на доходы с производств.