– Нет, слава богу!
– Хо-хо-хо, какой неожиданный ответ! Такой примерный пыл… Он, знаете ли, даже порадовал бы, если бы я не скучал по прежним временам… кхе-кхе… как это водится у людей моего возраста. В нынешние времена мало кто стремится возводить, всем хочется царить… Возноситься на самые вершины, но без труда. Без забот. А о вас, юная леди, я слышал, будто бы вы всему предпочитаете тяготы и лишения военной службы! – И он мелко затряс брюшком, смеясь почти беззвучно. – Виданное ли дело?
– Это то, что я умею лучше всего, сэр.
– Ах-ха-ха, во времена моей молодости так говорил каждый юнец с кортиком на боку, но на деле оказывалось, что воевать умеет хорошо если один из десяти, вот так…
– Отец, боюсь, её светлости скучно слушать о том, как наша империя жила в прежние времена, – осторожно вклинился Хильдур. – Всё-таки речь о нашей родине, а не её.
– Нет, что вы, мне интересно, – заверила Кира, с опасением заглядывая в тарелку, которую поставили перед ней. Она боялась, что это блюдо окажется слишком сложным для её скромных навыков владения ножом и вилкой, и свадебное платье всё-таки придётся украсить парой-тройкой постыдных пятен.
К тому же, она понятия не имела, о чём говорить со всеми этими людьми. А старик, судя по всему, готов был говорить сам – только слушай.
И граф действительно не имел ничего против. Он даже вполне снисходительно отнёсся к тому, что его слушательница знать не знала всех этих императоров, которых он ей называл, и совершенно не понимала, который из них отец, а который – сын. Она обнаружила, что не знает даже, как звали деда Кенреда, отца его матери. Оказалось – Азнарий Нарен. Граф терпеливо повторил имя ещё раз и объяснил, кем он приходится нынешнему правящему императору.
Граф был резковат в суждениях, но Кира не обижалась даже на те колкости, которые он отпускал в её адрес. Было видно, что он не стремится обидеть её, просто так уж привык изъясняться. Для вельможи, пожалуй, он даже вполне любезен.
Но потом ужин закончился, объявили фуршет, и десертом Кире предстояло наслаждаться, свободно гуляя и общаясь с кем угодно из гостей… Или с теми, кому угодно будет пообщаться с девицей из другого мира. Например, вот этой даме – молодой, уверенной в себе, одетой, видимо, блестяще (судя по тому, как держится и какое общее впечатление старается произвести), взглянувшей на Киру с подчёркнутой любезностью и далеко упрятанной холодной расчётливостью.
Сперва дама похвалила платье и поинтересовалась впечатлением гостьи от приёма. А потом весело защебетала:
– Вы знаете, нас всех так поразила эта поспешная свадьба! Никто не ждал подобного. Касталь, графиня Серсив, которая определённо пользовалась вниманием его светлости, была поражена таким внезапным исходом. И, знаете, всех очень удивил его выбор. Это, конечно, был очень романтичный шаг, но прежде его светлость отдавал предпочтение женщинам совсем другого типа, чем вы. Это так интересно!.. Вы же знаете, мужчины обычно верны своим вкусам. Но многие из них не могут устоять перед экзотикой. По крайней мере, в первый момент.
Кира с большим интересом слушала и рассматривала лицо дамы, а в голове тем временем тянулась цепочка мыслей. «Это не виконтесса… Виконтесса вон там, разговаривает с принцем. А вон та пожилая дама, видимо, графиня Неим. Значит, эта женщина, должно быть, подруга виконтессы или её родственница… Но, кем бы она ни была, нахамить ей – значит поссориться с хозяйкой дома. Вряд ли эта провокаторша тут случайно. Мимо пробегала и влетела на приём с такими гостями? Маловероятно. Значит, её пригласила хозяйка. То есть одёргивать чревато. Вообще нежелательно с кем-либо ссориться, пока мне приходится здесь жить. Значит, улыбаемся и машем… Интересно, что ей от меня нужно? Просто вывести из себя или что-то выяснить?.. Второе вряд ли. Просто мотает нервы. Прощупывает почву или готовит её для других. Ну-ну».
Собеседница тоже была полна интереса, но явно теряла терпение. В её глазах было не столько злобы, сколько напряжения. Она, наверное, развернула самую лучшую из возможных игр и не могла понять, почему та не даёт результата. Но, может быть, её беспокоило что-то другое, чего Кира просто не способна была понять.