Ева, наконец, оставила зайца в покое. Сходила в кухню и заварила себе ароматного кофе.
— Какая же я была дура! — В сотый раз сделала она вывод.
Постепенно запах напитка привёл мысли в порядок. Девушка взяла со стола обжигающую ладонь чашку, поднесла к губам и стала тихонечко дуть. Вопреки обещаниям самой себе, не ворошить прошлое, на ум почему-то пришёл момент, когда они с Владом только лишь познакомились. В тот день в парке вот также пахло свежезаваренным кофе. Гуляли люди, ярко светило солнышко и, от охватившего душу восторга, хотелось обнять весь окружающий мир.
Они с Викой только что сдали экзамены. С первой попытки закрыли сессию, отчего сразу же ринулись в город, отмечать радостное событие. Погуляли по набережной, вспоминая смешные истории. Посидели в кафе, поели сладостей. А после решили развлечься на скалодроме. Если бы она только знала, чем всё это закончится! Ноги бы её в парке не было! Но, увы, не дано нам знать, что каждого ждёт впереди.
До Стены в тот раз девчонки так и не добрались. Задержались в толпе зевак, рассматривающих свалившегося с высоты парня. Тот лежал на боку, кривился от боли и громко стеная, растирал ушибленную при падении ногу. Рядом с ним носилась перепуганная, как заяц в зоопарке, администратор. Девушка их возраста, которая хотела всё как-то уладить. Бедняжка предлагала вызвать врачей, но, от «скорой» клиент отказался.
— А чел ведь с потока нашего, — изумленно вытаращив на парня глаза, сообщила вдруг Вика, — помнишь, мы в библио с ним недавно пересекались? Он ещё учебник для практических занятий у тебя спрашивал.
Ева совершенно его не помнила, но раз тот однокурсником оказался, решила, что следовало бы помочь. И (дура такая) вызвалась пацана отвезти. Благо отец подарил ей машину. Посадила она будущего гадёныша рядом, а затем, сопровождаемая гневными взглядами Вики (которая, оказывается, ничего такого не имела в виду) повезла парня в больницу.
Там выяснилось, что травма оказалась серьёзной. Едва взглянув на моментально распухшую, покрывшуюся сетью синих прожилок ногу, дежуривший в приёмном покое врач, настоял на снимке, а затем на госпитализации.
Послушай Ева подругу, свали блин тогда, возможно на этом её приключения бы закончились. Подсобила человеку в беде, и ладно. Так нет же. Надо было поинтересоваться, чем ещё она может помочь. Родственникам там сообщить, либо друзей каких-нибудь в городе разыскать (как есть, блин, контуженная идиотка)
Но, ни тех, ни других у Влада (естественно) не оказалось. Мать, как и у Евы, жила в другом городе, отец оставил их в детстве, а друзьями её новый знакомый здесь как-то не обзавёлся.
— Ну, нет, так нет. Его трудности, — Вика скорчила самую страшную, из заготовленных для глупой подружки, рож.
Вот только та в очередной раз не отреагировала. Решила походу, впрягаться в «гуманитарку» по максимуму и месяц затем таскать (козлу) передачи. Хотя деньги, "все до копейки", Влад обещал вернуть. Правда, когда те у него появятся, не уточнял. Просил войти в положение.
Стоило делам свернуть на поправку, как-то так само собой получилось, они с Евой стали прогуливаться. Вначале по больничному парку, затем рядом, за территорией, ну а когда Влад уже выписался, продолжили по улицам города.
Несколько раз он приглашал девчонку в кафе. Хотел отблагодарить за заботу, видимо. Покупал сладости, кормил вкусным мороженным и говорил, говорил, говорил.
О том, как несправедливо устроен мир, как одиноко в нём человеку с ранимой душой, и как сложно «незаурядной личности» найти общий язык с окружающей её на каждом шагу "биомассой"