Что с ним случилось, никто не знал. Кроме Валерия.
В тот день он отправился вместе с отцом, которого любил больше всего на свете. С большим трудом непоседливому мальчишке удалось уговорить взять его с собой. Когда отец был трезвым, это было лучшее время для мальчика. Папа показывал ему, как мастерить разные штуки из дерева, делать поделки из бересты, верхней части коры березы. Они шли по узкой лесной дорожке, и Геннадий отправил мальчика найти красивый кусок коры для очередной поделки.
Мальчик радостно бежал, стараясь быстрее показать свою находку. Но в ужасе остановился. Сквозь заросли деревьев он увидел, как отцу дорогу перегородил сосед Иван. В его руках блестел нож. Солнце бликами отражалось от стального лезвия. Мальчик слышал обрывки фраз.
- Еще раз увижу рядом с моей женой, прирежу обоих.
- Пошел ты, - мужчина пытался оттолкнуть его с дороги.
- Ну, Генка, ты сам, напросился, - с этими словами Иван замахнулся ножом на безоружного человека. Геннадий попробовал увернуться от удара, но не удачно. Его сын видел, как он медленно опустился на колени, неловко завалился на бок и замер.
Потом Валерий, затаив дыхание, наблюдал, как сосед нанес еще несколько ударов ножом, взвалил на плечи тело его отца и пошел прочь.
Когда бабушка спросила Валерия, где отец, он промолчал.
«Опять где-то набрался, чертеняка! - ворчала она. - Теперь жди беды».
***
Валерий остался жить с бабушкой. Без отца жизнь стала спокойной, но обеспеченной ее трудно было назвать. Бабушка тогда еще была работающей женщиной, но ее зарплаты регулировщицы на заводе с трудом хватало, чтобы прокормить и одеть внука.
С ранних лет мальчик проявлял своеволие и стремление идти наперекор общему мнению. Он уже тогда понимал, что не такой как все. Даже простое задание в классе он умудрялся выполнить нестандартно. Учителя не знали, что делать с агрессивным, непослушным, но таким сообразительным и смекалистым ребенком.
«Либо пойдет по кривой дорожке, либо станет великим человеком», - говорила о нем классная руководительница.
Валерий интуитивно ощущал, что жизнь в этом городе далека от идеала. Он знал, что можно жить иначе. Но как?
«Как этого достичь и что нужно сделать для этого?» - думал он.
Он отличался от своих ровесников высоким ростом. Также одноклассники обращали внимание на его старую, ветхую и залатанную одежонку. В детстве у Валерия была только одна телогрейка и одна пара обуви. Он ненавидел эти ботинки. Огромные уродцы из толстой свиной кожи с деревянной подошвой! Она громко стучала, когда он шел по улице или по школьному коридору. К сожалению, выбора у него не было. Он не мог их снять и надеть другие.
«Каланча, Каланча, Колодочник, вон Колодочник идет!» - дразнила его детвора. - «Эй, долговязый, кто тебя подковал? Каланчище!»
Тогда он часто приходил домой с разбитым носом. Он не спускал обиды никому. С удовольствием пользовался своим преимуществом в весовой категории с противниками. К сожалению, их было много, и он часто терпел поражение.
Когда бабушка умерла от рака легких, Валерий собрал свои скромные пожитки, и решил отправиться на поиски лучшей жизни. Но у него было еще одно дело.
Наточив старый отцовский нож шлифовальным бруском, мальчик аккуратно завернул его в газету. Небольшую канистру Валерий наполнил керосином. Дом Ивана находился точно через дорогу. Мужчина выскочил в кальсонах во двор, когда услышал заливистый лай Полкана, цепного пса.
- Какого черта ты тут делаешь? - крикнул он, увидев Валерия во дворе своего дома.
- Я пришел отдать должок, - ответил он.
Остро отточенное лезвие показалось в руках юноши.
Спустя некоторое время молодой человек безучастно наблюдал, как огонь жадно охватывал ветхое деревянное строение.
"Это за отца,"- думал он.
После этого Валерий зашел домой за вещами и отправился на автовокзал.
***
В зрелом возрасте Валерий по-прежнему возвышался на пол - головы над всеми своими партнерами и конкурентами. Это часто помогало ему в переговорах. Как только он выпрямлялся в полный рост, и смотрел на своего собеседника сверху вниз, оппоненту трудно было отстоять свои позиции. Седые волосы обрамляли его надменное, с жесткими чертами, лицо.
Теперь, спустя годы, Валерий Карпин мог позволить себе покупать самую дорогую обувь в изысканных бутиках Парижа, Милана, Лондона. Столько пар, сколько это вообще возможно. Он любил элегантно одеваться. Вспоминалось, с каким пренебрежением смотрели на него сверстники, когда ему приходилось ходить в школу в одном и том же свитере с заплатками на локтях.