…Почти трое суток находились в дороге. Впервые после приезда из Германии Эльза получила возможность увидеть вблизи черные следы «нового порядка».
Каждый километр дороги напоминал о смертельном накале противостояния. Пепелища сожженных деревень перемешались с развалами ржавеющего железа — того, что еще недавно нагло подминало под себя земли Европы. То и дело взгляд натыкался на страшные буквы виселиц. Но не только страхом — ненавистью был пропитан воздух. Ненависть уводила людей в леса, плавни, горы. Фронт откатывался в глубь страны, лающий голос на весь мир кричал о скором крахе России, но и на оккупированной территории «сверхчеловеки» не чувствовали себя в безопасности.
В ольховском отделе абвера Миллер провели к заместителю начальника отдела, майору. Сам начальник был в отъезде, его, как выяснялось, срочно вызвали в генерал-губернаторство. Заместитель, просмотрев документы Эльзы, доложил:
— Ваши люди были у нас. Всем, что в моих силах, я помог.
— Прекрасно! Тогда — приступим к делу… По моим данным, в вашем районе есть националисты. Вызовите ко мне кого-либо из вожаков.
Майор распорядился, и вскоре (они не успели даже поговорить о новостях с фронта) посыльный вернулся с высоким, средних лет человеком. Тот вытянулся у порога по стойке «смирно»:
— Слава героям!
— Что он говорит? — не понял гестаповец.
— Слава героям, — разглядев трезубец на левом рукаве националиста, перевела Эльза.
Майор поморщился.
— Переведите ему, что я разрешаю приветствовать себя возгласом «Слава героям!», но только после слов «Хайль Гитлер!»
Мужчина виновато закивал головой.
Задав несколько общих вопросов, Эльза повела речь о главном — вербовке людей в спецшколы абвера. Кого бы из своих людей он рекомендовал для учебы. Бандит почтительно выслушал ее и немедля ответил:
— Фрау, придется связываться с моим начальством. Один я этот вопрос не решу. Не мой уровень. Но если мне будут даны такие полномочия, подберу достойных.
— Да, доверие, оказанное вам, нужно оправдать. — Эльза поняла, что этот вопрос решить с ходу не удастся. — Ну что ж, где они, ваши вожди?
Весь следующий день они колесили по округе. Несмотря на то, что уже наступила осень, день выдался очень жаркий, и к полудню Миллер приказала шоферу откинуть верх машины. Проехали небольшую деревушку — километрах в пятнадцати от города. Сразу за околицей наткнулись на колонну пленных, которую конвоировали эсэсовцы с собаками. Фосс, сидевший подле водителя, посигналил. Конвоиры, увидев автомобиль с офицерами, стали окриками и пинками сгонять пленных на обочину. Сердце Эльзы сжималось от сострадания, когда она смотрела на изможденных, грязных и небритых бойцов в оборванной форме, на их серые, отрешенные лица.
Автомобиль медленно проплыл мимо остановившейся колонны. Эльза всматривалась, встречаясь с невидящими глазами пленных. «Дорогие мои, как же вы сюда попали?! На муки, которые хуже, чем смерть…» Внезапно ее прожгли глаза одного из пленных. Не отрешенность — ненависть, связанную с болью, прочла в них Эльза. Такую ненависть, что женщина невольно вздрогнула. И вдруг… словно током пронзило ее: как он похож на мужа! Он отвернулся, видимо, сдерживая себя. А через секунду его фигура затерялась среди других. Эльза на миг закрыла глаза, и воображение вернуло ей только что увиденный образ. Потемневшее лицо искажено злобой. Да, несомненно, это ее Иван! Но как он мог сюда попасть, если служил на Дальнем Востоке? Впрочем, война распоряжается судьбами людей по-своему…
Машина вырвалась вперед. Эльза сидела прямая, суровая, неприступно-холодная, а внутри у нее все трепетало… И только испарина, выступившая на лбу, выдавала огромное напряжение.
…До самой гостиницы она не проронила и слова. Уже на месте, справившись с собой, подозвала Гардекопфа:
— Вы устали, но мы солдаты. Возвращайтесь к колонне пленных, которых мы обогнали. Узнайте, куда их ведут. Думаю, это будет быстрее, чем наводить справки обычным путем. Доложите потом мне. Это важно.
Гардекопф развернул машину. Миллер прошла в номер. Переоделась, взяла полотенце, мыло и отправилась в душ. Холодные, колючие струи воды придали ей силы, сняли напряжение…
В воскресенье все подчиненные собрались у Гардекопфа. По двое — сотрудник абвера и прикрепленный к нему помощник из СД — заходили для отчета в кабинет Эльзы Миллер. Сведения, собранные ими, превзошли все ожидания! В первый же выезд в свои зоны команда Эльзы завербовала восемнадцать человек из числа полицаев и других фашистских прихвостней. Карьеризм и зависть, царящие в «непобедимом» вермахте, помогли выявить ряд офицеров, неблагонадежность которых подтверждалась свидетельскими показаниями и объяснительными записками, а короче говоря — доносами. Список неблагонадежных занял две страницы. Конечно, эти данные нуждались в перепроверке, но Миллер чувствовала: и Штольц, и шеф будут довольны. Кроме того, Фосс добыл сведения, которые особенно заинтересовали Эльзу. Ей, по распоряжению Центра, нужно было посетить один из закрытых районов, а информация Фосса давала для этого хороший повод.