К Огнедару подошел Водан. Протянул глиняный горшочек, размером с ладонь.
- Выпей сейчас же, - шепнул брат. – Свалишься.
- Как будто, если выпью, не свалюсь, - фыркнул в ответ Огнедар.
Откупорил деревянную крышку и залпом выпил. Горечь обожгла горло и свела скулы. В глазах потемнело, а печать полыхнула еще сильнее, так, что онемела рука. Водан встал рядом с братом. Данислав плюнул и встал рядом. Теперь две широкие спины скрывали Огнедара от гадарцев.
- Совсем спятил. - процедил наследник: - Тебе запрещено колдовать! Тем более, пока мы в Гадарии!
Огнедар поморщился. Сон сжимал веки. Запечатанный источник нуждался в силе, а он истратил всю на озере. Теперь едва стоял на ногах.
- А тебе велено жену домой привезти.
Он развел руками. Данислав сжал зубы, потянулся к поясу – но ножны остались на седле.
- Значит, решили, - фыркнул Огнедар: - Пойдем вместе отцу каяться.
Он развернулся и пошел с поляны. Водан двинулся за братом. Осторожно отодвигая с его пути низкие ветви старой берёзы.
У края поляны высились ели, опустив к земле пушистые лапы. Под ними совсем темно и прохладно. И шум скрывают.
- Зачем? – Водан шел за братом.
Огнедар обернулся, убедиться, что Данислав не вернулся, чтобы забрать меч и все же зарезать нерадивового брата.
- Выбора не было. – пожал плечами Огнедар.
Нагнулся и пролез под широкую еловую лапу. С писком разбежались в стороны пугливые полевки. Дар стянул ножны и бросил на землю. Туда же отправился набедренный нож и маленький арбалет из-за спины.
- Врешь, - Водан повторил слова старшего брата, но не зло, а обреченно. – Разум не сдержал, признай.
Огнедар сел на корточки и прикоснулся к земле.
Сырая. Может и замерзнет. Поднял голову на Водана и протянул ему руку. Тот вздохнул и протянул ему плащ.
- Может, и не сдержал. – Огнедар расправил плащ и лег на спину, закинув за голову руки. – Но старался.
На мгновение перед глазами всплыло озеро. Валиса, что вцепилась в воеводу и не отпускала. Зачем она вообще полезла его спасать? Странная царевна.
- Старался? – переспросил Водан с грустной насмешкой.
Огнедар закрыл глаза и промолчал.
Не старался. Как стараться, когда в разуме вспыхивает черный свет и остается одна мысль, за которую держится, словно за якорь. Справился бы он без чумного огня, тут и говорить нечего. Чумной огонь в крови от нечисти происков – защищает, за спиной арбалет и нож, заговоренные. Метнул бы болт в голову бережной русалки – Радим очнулся бы. Разогнал остальных.
Это сейчас он понимает. А тогда огонь внутри ревел страшным штормом, умолял – пусти меня, я спасу! И противиться сил нет. Хочется силе поддаться. А потом оправдаться легко – спасти хотел.
- Данислав доложит отцу. – хмуро протянул Водан.
Радиму на лоб упала холодная капля росы, что затерялась в тонких иголках. Под спину неудобно попал острый камешек. Царапал лопатки. Но Огнедар не пошевелился.
- Расстроишься, что вся слава наследнику? – он приоткрыл один глаз, покосился на брата. Его силуэт угрожающе чернел, со спины освещаемый полыхающим костром: - Можешь послать князю голубя прямо сейчас, позволяю. Будешь первее.
Водана оскорбила глупая шутка уставшего брата. Он сложил на груди руки и нахмурился:
- Воевода видел?
- Тащил бы я его сюда, если бы видел? – отозвался Огнедар.
- А царевна?
Княжич промолчал. Закрыл глаза и поерзал, камешек сместился в сторону и теперь царапал шею.
- Дар!
- Клятву дала, - вяло отозвался он: - На крови. Можешь спать спокойно.
С поляны донесся шум. Кто-то громко ругался. Огнедар смутно различал бас воеводы – видать, пришел в себя, утопленник.
- Ты ее ранил?!
Дар фыркнул:
- Руку отрубил. Правую. И язык вырвал, чтобы ни сказать, ни написать не смогла.
Водан дернул рубаху за ворот, обреченно махнул рукой и пошел прочь. А Огнедар покачал головой, закрыл глаза и крикнул вдогонку:
- Но сначала убедился, что не левша.
После Огня всегда приходили яркие сны. Цветов из этих снов он ни разу не встречал глазами, и не мог назвать. Образы, краски, а главное сила. Когда он спал, то чувствовал себя пустым горшком, в который она стремилась. Наполняла. Манила. Грела грудь и озябшие плечи. Сила чернела. Мрачно извивалась и ветвилась, но не вызывала страха. Лишь звала. Просила чаще брать ее в свои руки, чаще выпускать на волю и не прятать больше. Она ласкалась. Дарила светлые образы и нежно касалась рук.
Сегодня снова привиделась Даяна. Она часто приходила. Взрослая, похорошевшая. Он узнавал ее, но он не видел лица. Она смеялась, кружилась вокруг. Обещала встречу. Потом сила приняла новый образ. Крупный стан, округлые плечи, теплые ладони и нежная усталая улыбка. Это лицо он видел хорошо. Мама. Она склонилась над ним. Его голова лежала на её мягких коленях, а длинные пальцы гладили волосы, шрам. Матушка шептала ему что-то. Говорила не бояться…