- Мы не причиним тебя вреда, - продолжила Даяна, - коли и ты нас зла не затаишь.
Леший вздрогнул. С плеч посыпалась на землю мелкая гнилая труха.
- Ты не причинишь. – сказал он сипло, - а спутники твои…
Он был совсем как ребенок. Даже ноги под себя поджал, скрывая мшистые коленки.
- Я не позволю и им. – твердо сказала лесникова внучка. – Поверь мне. Мы испуганы, пару оборотов солнца назад на нас напали дикие лесавки, а тут ты, следишь. Потому и не сдержались.
Леший сглотнул. Рана на его плече больше не сукровила, покрывалась неровной зеленой коркой.
- Знаю их, - сказал тихо, - прячусь и сам.
Огнедар позади презрительно цокнул языком, а Даяна едва сдержала разозленный вздох. Отчего же он стал так жесток? Разве был таким, когда мальчишкой у них в избе жил?
- Поговаривали, что в лесах Гадарии Леших боле не осталось, - продолжала она, стараясь звучать ласково, - как же ты выжил?
- Что за вопросы задаешь, девчонка? – сказал Данислав. – Ясно как выжил – трусливо прятался! Спроси лучше, зачем за нами следит!
- Я прошу вас еще раз, княжич. – Даяна все же обернулась.
Гнев клокотал в ее груди, но лицо было спокойным. За столько лет уколов от сельчан она выучилась, как не показывать обиду и злость.
- В атаранских горах своя нечисть. Знаете вы как с ней совладать, или не знаете – мне неведомо. В наших лесах все иначе. Не смейте причинять зло невинным ни делом, ни словом, человек это или нежить. – Даяна хотела сказать коротко, но с каждым словом все сильнее распалялась. – И ежели хотите, чтобы напомнила вам – напоминаю, именно благодаря нечисти ваш брат выжил тогда здесь.
Водан присвистнул, а Даяна уже пожалела, что так вышла из себя, но виду снова не показала. Бросила взгляд на Дара, который снова странно улыбался, но молчал.
Данислав сделал шаг вперед, но младший княжич вздернул арбалет и направил на брата:
- Стой.
- Ах ты…
- Потом поругаетесь! – повысил голос Водан. – Дайте русалке поговорить!
- Я не прятался, - вдруг тихо просипел Леший.
В тот момент особенно ярко пахнуло от него плесенью и перегнившей землей. И до того кислым был тот запах, что у Даяны заслезились глаза.
- И не бросил бы я свой Лес на произвол. Случайно вышло. По глупости! – голос его вдруг сорвался, перешел на мышиный писк. – Я ведь только-только прошел инициацию. Два раза Солнце умереть и воскреснуть успело с тех пор, как Лес меня признал. Кем же я был? Беспомощным, бессильным. Даже с нежитью всей познакомиться не успел – ни поддержки, ни мощи. И слег с хворью, - он вдруг схватил Даяну за запястье и посмотрел на нее с мольбой, - ты про нас много знаешь, подтверди про хворь нечистых, подтверди!
Даяна лишь рассеянно кивнула. Она слышала об этом от деда, мол, иногда хворь настигает нечистых и вынуждает впадать в спячку. Заражаются ей от того, что неверно силу свою используют, либо чужак какой из другого леса случайно приносит.
- Я всего на лунный оборот заснул. А когда пришел в себя – уже случилась беда. Во всех окрестных лесах не осталось ни одного Лешего. Нечисть без хозяев взбунтовалась, начала дичать. Все границы перетерлись, одичавшие сражались за каждый клок земли. Нападали на меня, убить не раз пытались – куда мне деваться с моими силами? Ну куда? Пришлось хорониться, иначе только смерть. А потом я его почуял… Колдуна. Я знал уже, что колдун Леших убивает, разве такое утаишь? Знал, что выпивает их до дна, чтобы самому силы иметь.
Даяна испуганно покачала головой:
- Выпивает? Что это значит?
- Нечисть состоит из чистой силы, - вдруг заговорил Дар за ее спиной. – Колдуны наделены лишь толикой, учатся ей управлять, учатся расширять Источник внутри себя, наполнять его силой из вне.
Даяна замерла. Так вот какая у колдуна была цель!
- Значится, точно атаранец, с Чумным Огнем, - вдруг сказал кто-то из гадарцев и замер, когда Тана обнажила меч.
Даяне стало нехорошо, она мало знала о колдовстве и чувствовала себя бесполезной и глупой.
- За нами зачем следил? – Данислав справился с гневом, но в голосе его звучал огонь.
- Потому что почуял в вас тоже, что и в колдуне, - отозвался Леший.
- И сам на смерть бросился?