— Меня Даяной зовут.
Пока с раной разбирались она позабыла про все, что случилось в лесу. А как наваждение схлынуло, все вспомнилось. И страх снова к горлу подступил. Правда, сопящий под боком незнакомец успокаивал. Была бы одна — сгинула бы от ужаса.
— Огнедар. Можно просто - Дар. — и отчего столько спеси в его голоси, что Даяне плеваться захотелось?
Верно, видать, подумала: высоких кровей незнакомец. И имя какое знатное. И как же такого в лес-то занесло?
Даяна полюбопытствовала вслух, но паренёк насупился и снова не ответил. Сказал, мол, тайна, и нечего ее всяким незнакомым девицам рассказывать. Девочка в ответ лишь фыркнула.
— А ты как Даяна в лесу оказалась? — поинтересовался Огнедар.
Он продолжал кривиться от боли, но упрямо подстраивался под шаг. Так они по тропинке в сторону деревни и направились. Свернуть некуда, к утру, глядишь, и доберутся. Сначала из вредности Даяна не хотела отзываться, а потом подумала и махнула рукой на глупую обиду. Может, у него и правда секреты, а ей скрывать нечего. Напротив, бедой поделиться хочется.
Рассказ её получился спутанным, а Дар все равно настороженно засопел. Лес утонул в ночной тьме, и теперь девочка совсем не видела его лица. Только чувствовала, тощую руку на плечах.
— Худо это, — мрачно сказал Огнедар. — Значит и капканы не люди на тропинку поставили?
— Дед бы не допустил, —Даяна мотнула головой, и коса, что осталась без ленты, совсем растрепалась. — А если бы кто-то чужой забрел, Леший бы дедушке сказал.
Даяна вспомнила, что Лесного духа больше нет рядом и испуганно замолчала, а мальчишка задумался. Запыхтел, неаккуратно наступив на больную ногу.
— А почему тогда…
Даяна не поняла, что в тот момент быстрее неправильным ей почудилось: прескверное ощущение в груди, рыхлая земля под ногами или гнилостный запах. Оборвала она Дара на полуслове, замерла на месте и вгляделась в густой мрак.
— Что такое? — насторожился мальчишка.
— Неужто, болото? — осевшим голосом протянула девочка, втягивая в горящую изнутри грудь ледяной воздух.
Тут же учуяла запах сырости и плесневого мха.
Вокруг звенела тишина. Ни сверчка, ни лягушки не слышно, и только Дар под ухом напряженно сопел. А в следующее минуту раздался плотный жирный бульк. Потом еще один. И еще.
— Точно болото!
Похолодели ладони. Под рубаху забрались холодные пальцы страха.
— А что, Даяна, не должно быть?
— Не должно быть! Далеко болото от Лисьих Горок! День по медвежьей тропе идти!
Глава 3 Даяна
— Дела… — выдохнул Дар. — Колдовство, не иначе. Мы с тобой, Даяна, вовек так до деревни не доберемся.
Девочка все же хлюпнула носом, а Огнедар обидно дернул за волосы.
— Ай!
— Нечего нюни распускать! Тут заночуем, по свету в деревню направимся. Трусиха!
— Я не трусиха!
— Оно и видно!
Даяна обиделась и поджала губы. Но прав Огнедар, чего уж спорить. Раз чужая сила на болота их завела, то меньше всем слёзы подсобить могут. Тут бы думать, как до утра не сгинуть. Хорошо хоть рано опомнились, не в самую топь зайти успели. Под ногами пусть и мягкая, а все же земля.
— Может, огня попробуем сыскать? — осторожно предложила девочка.
Она помогла Дару сесть, не потревожив ногу.
— Ума лишилась? — хмуро отозвался тот, — где ты посредь болота трут найдешь? А если и найдешь, уж неужто ходячей приманкой для нечисти стать собираешься?
Даяна только головой покачала. Давно уже поняла — чужой он в этих землях, а, значит, и не было ему нужды об их лесе и его порядках знать.
— Не тронет нас здешняя нечисть, — она села рядом с Даром. — Знают меня тут все. Любят.
В груди снова тоскливо заныло.
— Любят, значит, —хмыкнул Огнедар. — Это они из большой любви тебя одну в темноте оставили и на болота заманили?
Даяна стушевалась. Ей хотелось спорить, ведь знала - не их это лес пакостит. Сила, что на поляне её о берёзку отбросила и разума лишила, была чужой. Из-за неё и Леший пропал, и тропинки спутались.
Только девочка рот открыла, чтобы ответить, но Дар на нее шикнул. Даяна затихла и прислушалась к тишине. Дар нащупал её ладонь и сжал. И поди пойми: то ли сам боится, то ли её успокаивает.
Звук сначала совсем тихий был, будто комариный писк. Но с каждым мгновением становился громче, пока отчетливо не превратился в горестный плач. Даяна вскочила.
— Куда! — воскликнул Дар: — Совсем глупая? О Болотницах не слыхала? Заманит тебя, а потом ищи свищи!
Даяна хихикнула. Мелькнула мысль, что здорово было бы испугать чужестранца, чтобы не хорохорился больше.