Кажется, у меня опять голова начинает кружиться. Хватаюсь рукой за перила.
– Как знаешь. – тру виски.
Не буду сейчас спорить, хоть и убеждена, что она просто обязана попробовать!
– Ты боишься лошадей?
Прощупываю почву. Кажется, отпустило.
– Да. Очень боюсь. – кивает, добавляя веса словам.
– Понимаю. Ну, что ж! Тогда, не скучай! – иду к выходу.
– Хорошей прогулки, Мисс Саммерз! – желает мне в спину
– Спасибо, дорогая! Увидимся за обедом!
Погода сегодня чудесная! Солнышко светит так ярко! Хоть и не греет вовсе.
Осень медленно, но верно вступает в свои права окрашивая еще пока густую листву деревьев в золотые цвета.
Муж Лиз встречает меня, выводя лошадь.
– Доброе утро, Мисс Саммерз! – кричит, не успев подойти ближе!
Хэнк всегда так делает! Я привыкла к этому улыбчивому и добродушному громиле! Потому и позволяю ему такое фривольное общение с собой.
Остается всего несколько метров, как Диди останавливается и отказывается ко мне подходить, упираясь и вертя мордой.
– Ну ты чего?! – возмущается Хэнк, с опаской поглядывая на меня.
Ну, что ж. У моей кобылы всегда был капризный характер. Преодолеваю разделяющее нас расстояние сама.
Лошадь волнуется, пятится, но я решительно подхожу сбоку.
– Да, что на тебя нашло! – Хэнк разразился отборной руганью.
Несмотря на протест животного провожу ладонью по жесткой гриве и она перестаёт чураться.
Даю ей ещё немного времени и ловко забираюсь в седло.
Беспокоится.
Чувствую ее напряжение и нервозность.
– Может я, это, другую…?
– Спасибо, Хэнк! Я справлюсь с Диди! – успокаиваю мужчину и направив животное в нужное направление, пускаю ее тихой рысью.
9. Неудачная прогулка.
У меня есть любимый маршрут для прогулки, которым я следую, вот, уже несколько лет, не меняя.
Есть в этом что-то успокаивающее. Отец держал конюшню лишь для того, чтобы она «была», не уделяя ей должного внимания. Был, даже, год, когда он вовсе забыл закупить корм для лошадей на зиму. Я же планирую, основательно, взяться за нее.
За воспоминаниями не заметила как добралась до части пути, вдоль небольшой речки.
В нос проникает запах сырости и прелой листвы.
Диди, давно перешедшая на шаг, начинает фыркать и дергаться.
– Что с тобой сегодня?! – раздражаюсь ее поведением.
Нервно топчется на месте и не хочет успокаиваться. Слышу где-то сбоку воронье карканье, но не успеваю повернуться.
– Диди! – от неожиданности повышаю голос!
Еле удерживаюсь в седле, когда лошадь встает на дыбы трижды, издавая неприятное, протяжное ржание.
Будь я неопытным наездником, давно бы уже свалилась. И от растерянности и от страха.
Шутка ли!
Кобыла рвет с места и несется галопом.
Ветер бьет в лицо, судорожно соображаю что делать. Одно радует, скинуть меня она больше не пытается.
Делаю попытку развернуть строптивицу в сторону дома, но не выходит. Она лишь снова встает на дыбы, а потом и вовсе делает это так рьяно, что чуть не валится прямо на меня.
Больше не пытаюсь ею манипулировать.
Просто даю Диди выдохнуться, что случается нескоро... К этому моменту и я уже на пределе. Напуганная и уставшая. Места незнакомые. Я даже не уверена, что это мои земли...
Где-то над головой звучит мерзкое «Каррр» и в этот раз у меня не хватает сил...
Под громкое протяжное ржание я падаю на землю...
Из легких вышибает воздух. Перед глазами пляшут искры от боли в многострадальной спине, на которую приземляюсь и в голове, которой прикладываюсь тоже, весьма, нехило.
Диди «пляшет» рядом еще какое-то время, а потом уносится в неизвестном направлении.
Лежу с закрытыми глазами, тяжело дышу, раскинув руки в стороны. Так бы и лежала дальше, если бы не почувствовала, как на лицо падают капли...