— В таком случае что же в нем магического?
— На его лезвие нанесены слова заклинания, обеспечивающего защиту его владельца. Вайпер полагает, что кинжал будет эффективным оружием в борьбе с происками черного мага.
— О! — воскликнула Эбби и протянула кинжал Данте. — В таком случае ты должен носить его при себе!
Данте вздрогнул, как от сильного укола.
— Осторожнее, любовь моя, не размахивай им! Он способен на расстоянии поражать всякую нечисть, к разряду которой отношусь и я.
— Прости, — сказала Эбби, поспешно убирая кинжал в сумку. — А почему в руках Вайпера оказалось оружие, способное убивать вампиров?
Данте пожал плечами.
Машина тем временем свернула на дорогу, ведущую к особняку Селены. Здесь, вдали от городской суеты, Данте когда-то жил.
— Лучше пусть он будет в руках Вайпера, чем в руках его врагов, — заметил он.
— А может, было бы разумнее вообще уничтожить этот кинжал?
Эта мысль казалась Эбби вполне логичной.
— Вайпер — заядлый коллекционер-антиквар, он не станет уничтожать бесценный экспонат своего собрания. Кроме того, никогда не знаешь, какое оружие может пригодиться тебе в этой жизни.
Эбби бросила на Данте изумленный взгляд:
— Ты хочешь сказать…
— Да, сражения между вампирами чрезвычайно редки, но все же такое порой случается.
Эбби затихла, размышляя над его словами. Машина подъехала к ограде. Данте достал пульт и, нажав кнопку, открыл знакомые железные ворота, ведущие в усадьбу. Машина направилась к дому по подъездной дорожке, обсаженной с двух сторон деревьями.
Данте чувствовал, как сильно напряглась Эбби. Она помнила, что именно здесь круто изменилась ее жизнь, и от тяжелых воспоминаний сжималось сердце.
Остановив машину и выключив двигатель, Данте повернулся и озабоченно взглянул на изящный профиль своей спутницы:
— Что с тобой, Эбби?
— Я и не думала, что мне будет так плохо, — пробормотала она.
Ее взгляд скользнул по выбитым окнам с закопченными остатками рам и полуразрушенной крыше. Данте не торопил, он понимал, что чувства Эбби сейчас в смятении.
Он коснулся ее плеча.
— Может, тебе лучше остаться в машине?
— Нет, — тихо ответила она.
Достав из сумки амулет, который защищал от зомби, Данте сунул его за пояс брюк. Кинжалы, которыми он обычно пользовался, уже были надежно спрятаны в ботинки. Снова взглянув на Эбби, Данте приказал ей убрать крис-нож в ножны и взять его с собой.
Это оружие должно было защитить их от демонов, ведьм, зомби и магов.
Наконец они вышли из машины и, поднявшись по высокому парадному крыльцу, подошли к массивной двустворчатой двери. Войдя в просторный вестибюль, Данте зашагал к мраморной лестнице, а Эбби вдруг споткнулась об осколки разбитой фарфоровой вазы.
Услышав ее тихий вскрик, Данте вернулся и обнял Эбби за плечи. Она, оцепенев, долго как завороженная смотрела на осколки.
— Возьми себя в руки, — приказал ей Данте.
Эбби глубоко вздохнула и, тряхнув головой, перевела взгляд на лестницу, заваленную обломками лепнины и древесины — остатками рухнувшего потолка.
— Как все это ужасно… Боже мой, что же на самом деле произошло в этом доме? — пробормотала Эбби.
Данте вдруг представил безжизненное тело Селены, лежащее на полу, и по его лицу пробежала тень. Никакая сила не могла уничтожить ее, вместилище всемогущего Феникса. Если бы ей что-нибудь грозило, Данте непременно почувствовал бы это.
— Не знаю, любовь моя.
— Ты думаешь, что это дело рук черного мага?
Данте нахмурился.
— Все возможно, — неохотно ответил он.
— В твоем голосе нет уверенности.
— Если бы убийцей был слуга Князя Тьмы, Селена почувствовала бы его присутствие точно так же, как ты недавно ощутила приближение зомби. Кроме того, она была вместилищем Феникса долгое время и поэтому приобрела огромную силу. Мне трудно поверить, что какой-нибудь маг — пусть даже и очень искусный — бросил бы ей вызов.
Эбби задумчиво кивнула:
— Да, думаю, ты прав. Но это значит, что мы так и не приблизились к разгадке тайны.
— Ты чувствуешь сейчас что-нибудь особенное?
Эбби закрыла глаза и прислушалась к своему внутреннему голосу. Данте понял, что она пытается с помощью недавно приобретенных сверхъестественных сил и способностей обследовать пустой дом.
Наконец Эбби снова открыла глаза, и по ее телу пробежал легкий трепет.
— Нет, я ничего не чувствую.
Однако от внимания Данте не ускользнула легкая дрожь, бившая Эбби.
— Что с тобой? — насторожился он.