В доме царила зловещая атмосфера. Данте знал, что ведьмы готовились к жертвоприношению. Ему необходимо было убедиться в том, что они не собирались избрать в качестве жертвы Эбби или его самого.
Помещения, по которым они проходили, были просторными и пустыми, с высокими сводчатыми потолками. Но несмотря на внушительные размеры комнат, воздух в них был душным и затхлым. Данте стало не по себе. Обстановка напоминала ему застенки, в которых он был заточен когда-то.
Переступив порог гостиной, ведьма остановилась.
— Я привела Чашу, госпожа, — почтительно поклонившись, доложила она.
В темноте послышался шелест, затем до слуха Данте донесся тихий голос, читавший заклинание, и наконец в комнате, разгоняя мрак, загорелась свеча.
Пожилая хрупкая женщина с большим трудом встала со стула и сделала несколько шагов по направлению к Эбби.
На первый взгляд она была похожа на милую бабушку. Ее морщинистое лицо обрамлял легкий пух седых волос. Однако твердый холодный взгляд карих глаз свидетельствовал о том, что ведьма обладала огромной властью и не знала пощады.
На тонких губах старухи заиграла улыбка.
— Рада видеть вас, миледи. И тебя, хранитель, — промолвила она. — Входите и чувствуйте себя как дома.
Эбби после некоторого колебания подошла к незажженному камину и села на обитый кожей стул. Данте встал рядом с ней. Он напрягся, готовясь в любой момент дать отпор.
Эдра окинула его холодным оценивающим взглядом. По лицу ведьмы, хранившему невозмутимое выражение, трудно было догадаться о ее планах.
— Мы с вами еще не знакомы, — сказала Эдра, обращаясь к Эбби. — Хотя мне кажется, что я знаю вас уже тысячу лет. Меня зовут Эдра. А вас?
— Эбби Барлоу.
— Ах да, вы служили у Селены, — пробормотала ведьма. — Как я понимаю, в момент ее гибели вы оказались рядом с ней.
— По чистой случайности. Если бы я знала, что со мной произойдет, я бежала бы из дома Селены очертя голову.
— Не сомневаюсь в этом. — На морщинистом лице ведьмы появилось что-то похожее на сочувствие. — Вы выглядите усталой, моя дорогая. Хотите вина?
Эбби нервно кашлянула:
— Нет, спасибо.
— Ну хорошо, как знаете.
В комнате на некоторое время установилась тишина.
— Вы хорошо себя чувствуете? — вновь заговорила Эдра. — Дух Феникса не доставляет вам хлопот?
— Смотря что считать хлопотами… Мне кажется, меня преследуют все демоны и черные маги, обосновавшиеся в Чикаго и его пригородах.
— Я спрашиваю о вашем физическом состоянии. У вас ничего не болит?
— Мои глаза изменили свой цвет, теперь они синие. Кроме того, у меня появилась способность жечь людей огнем при одном прикосновении к ним. А так со мной все в порядке…
— Рада это слышать, — сказала ведьма и подошла к Эбби, не обращая внимания на грозное ворчание Данте. — Вы не будете возражать, если я посмотрю, не пострадал ли Феникс в ходе бурных событий последних дней?
Эбби вздрогнула, когда ведьма прикоснулась к ее щеке, но не оттолкнула холодную костлявую руку.
— Ну, если это необходимо…
Эдра закрыла глаза и что-то тихо забормотала. Данте сжал кулаки, догадавшись, что ведьма начала колдовать. Он терпеть не мог, когда прибегали к магическим приемам.
— Слава божеству, с духом все хорошо, — произнесла Эдра, но тут она вдруг захрипела и отшатнулась от Эбби, прижав руку к сердцу. — О…
— Что такое? — встревожилась Эбби.
Ведьма с большим трудом взяла себя в руки. Пальцы, которыми она прикасалась к Эбби, покраснели. Феникс нанес ей удар. Что бы это значило?
— Ты обладаешь большей силой, чем Селена, — заявила Эдра. — Тебя ждет успех.
Эбби посмотрела на ведьму с недоумением:
— Какой еще успех?
— Я говорю, конечно, об успешном выполнении обязанностей. Ты преуспеешь в роли Чаши.
Данте нахмурился. Ему не понравились слова ведьмы.
— Мы пришли сюда, чтобы избавиться от духа, — заявил он.
Свечи вдруг вспыхнули ярким огнем, что свидетельствовало о выбросе мощного сгустка энергии.
— Это невозможно, — холодно сказала Эдра. — Феникс уже полностью завладел ее телом.
— Ничего, пусть найдет другое тело! — огрызнулся Данте.
Эдра подняла худую скрюченную руку:
— Попридержи язык, тварь!
Атмосфера в комнате накалилась.
Эбби вскочила со стула, пытаясь предотвратить скандал, грозивший вылиться в смертельную схватку.
— Послушайте, я понимаю ваше беспокойство, но я никак не могу быть Чашей! — быстро заговорила она, опасаясь, что сейчас начнется кровопролитие. — Я не просила вас об этой чести, меня не учили быть вместилищем духа. Кроме того, мне надоело постоянно уносить ноги от чудовищных тварей, преследующих меня на каждом шагу.