— Ей парень ты чего? не видишь куда идешь?
— Не. Не вижу.
— Слепой что ли?
— Нет. Больной я — вообще то Лоре имела в виду то, что у нее болят ладони. Но стражник понял ее по — своему
— Убогий значит. То‑то я смотрю странный ты какой и грязный, а воняет то как. Ты не заблудился случайно то?
— Нет. Дедушка у меня пропал. Вот ищу. Вы не видели?
— Может видел. Какой он? Опиши.
Лоре задумалась:
— Ну, дедушка он старый, высокий, умный и он мой.
Стражник тихо ругнулся: связываться с убогими он не любил, муторное это дело, да неприятное. Но и зла зазря им тоже не делал.
— Точно не видел, — отговорился стражник.
— Жаль.
Лоре развернулась и побрела было прочь, но тут ее остановил стук копыт. Она повернулась и стала рассматривать вновь прибывших: они были из городской конной стражи. В полном обмундировании и верхом. Уверенные сильные. И очень тяжелые. Лоре горько вздохнула над горькой судьбой лошадей, но тут резкий удар Фила по голове заставил ее обратить внимание еще и на всадников, которые задержались рядом с ее недавним собеседником и о чем‑то бурно говорили.
— Так значит, забрали его столичные — стражник удивленно покачал головой
— Забрали — согласился один из верховых, — говорят сам повелитель будет с ним теперь разбираться за речи вольно мысленные. Ох и не завидую я старику этому, и что ему дома в деревне не сиделось спокойно. Хорошо теперь, если просто пожизненно в тюрьму запрячут, а то как казнят или того что хуже удумают. С повелителя станется.