Дело в том, что, покинув город, чтобы отправиться вслед за дедушкой, которого стражники повезли в столицу, Лоре и Оксидан решили сначала идти по дороге, чтобы не заблудиться, и все, в общем‑то, было хорошо, разве, что спать приходилось в придорожной траве, зато еды у них было достаточно, так как гном догадался прихватить ее с собой. И возможно шли бы они так еще очень долго, если бы в один прекрасный день Оксидан, заметив, что запасы продовольствия тают, а дорога все еще не заканчивается, не решился на гениальный ход и не предложил сократить путь, пройдя наискосок через лес, в обход которого дорога шла уже несколько дней. Гном был уверен, что, идя напрямую через лес, они вскоре выйдут на эту же дорогу, но гораздо ближе к столице и что самой главное быстрей. Лоре согласилась с разумными доводами гнома, а спящего на тот момент Фила никто не стал спрашивать, потому что будить людей (и не людей) нехорошо, а двое больше, чем один. То, что лес незнакомый, и совсем не похож на леса, видимые им раньше (в количестве одного), Оксидан понял ближе к вечеру, но возвращаться назад было поздно просто потому, что никто из них не знал, куда надо идти, чтобы вернуться. По лесу они шли долго, уже успела закончиться припасенная еда и пришлось питаться ягодами и иногда грибами, которые удавалось найти, да еще пару раз приготовили яйца каких‑то птиц, пока Фил охотился и не видел, потому что гном, как оказалось, умел разводить в лесу огонь, впрочем, это было почти единственное, что он умел делать в лесу. И чем бы это закончилось неизвестно, если бы Фил наконец‑то не решил преступить через свою гордость (на этот раз сам и вполне сознательно) и не обратился за помощью к своим местным сородичам, которые вскоре и вывели их из леса к этой деревне. И теперь после столь долгих мытарств Оксидан мечтал о вкусной и горячей еде, и мягкой постели, а злая судьба или боги или кто там еще, проложили их путь ко всем этим благам через главную площадь, где именно сегодня был выставлен дракон. И, конечно же, Лоре не могла пройти мимо.
— Не хочу — неожиданно пропищал дракон, у которого к тому же оказался тонкий хриплый голос
— Чего ты не хочешь? — спросила Лоре, но дракон молчал, сердито шмыгая и выпуская дым.
— Мы должны его выпустить, это жестоко держать животных в клетке, особенно если они умеют говорить — Лоре была возмущена
— Ну, ты раньше говорила, что ездить верхом на лошади тоже жестоко.
— Я и сейчас утверждаю, что это жестоко.
— Однако быстрее, чем ходить пешком. И кстати что ты будешь делать с этим драконом — иногда Оксидан бывал очень разумен
— Мы отведем его к маме. Он, наверное, домой хочет, он же еще маленький
— Хочу — снова пропищал дракон, словно поддерживая Лоре
— И где ты будешь искать его маму и главное когда. Ты что забыла, что ты уже ищешь дедушку? — Фил не удержался от язвительного замечания, в последние время он стал очень саркастичным.
— Кушать — подлил дракон масла в огонь, и Лоре смело шагнула к железным прутьям, вопреки голосу рассудка, который, впрочем, молчал.
Возможно, ничего бы и не случилось, если бы Фил и Оксидан не проявили такого легкомыслия, а стражи не были бы такими уставшими. Но все они совершили ошибку, результатом одной из них стал забытый в замке клетки ключ, результатом другой — то, что Лоре сумела открыть клетку и вывести из нее дракона. И прежде чем ее спутники опомнились и поняли, что же произошло, Лоре уже успела подружиться с Драконом, которого она тут же назвала Кошой и решительно направить свои стопы прочь от этого «жуткого места» в поисках еды для нового друга. Что было дальше, мало кто из них помнил отчетливо, потому что стража, дремавшая неподалеку от выставленной на всеобщее обозрение клетки, немедленно заметила пропажу и бросилась вдогонку за похитителями. Чующий опасность каким‑то странным образом, Оксидан ровно за мгновение до пробуждения стражи успел предупредить «бежим» своих спутников и они сорвались с места, как ветер. Перед ними промелькнула главная площадь деревни, маленькие улочки, ведущие к ней, а затем замелькала уже знакомая лесная чаща, из которой они вышли совсем недавно, и все это время Лоре крепко прижимала к себе Кошу, который оказался не в меру вспыльчив и старался сжечь все мосты самым буквальным образом. От неминуемого уничтожения деревню спасло только то, что Коша был еще маленьким драконом и, из десяти попыток поджечь что‑нибудь, ему не удавалась ни одна.