Звук пощечины и легкий вскрик.
— Не перечить! За это ты тоже благодарна?..
Я потряс головой, отгоняя воспоминания. Я тогда наивно думал, что любовь она такая. Пока не научился читать. Уйдя в воображаемый мир высоких отношений и нежности, я осознал, что-то, что видел в детстве — это не любовь. Это жестокость и зависимость. Если бы я тогда это понимал, может, все бы сложилось иначе. Но с годами, картинка переворачивалась. Менялась, обрастала новыми подробностями, искажалась.
Телефон снова настойчиво зазвонил, а лишь отложил его подальше, поправляя наручные часы. Время встречи с Ярославой Валерьевной неумолимо приближалось.
Место, куда так настойчиво зазывала меня новая знакомая, выглядела, примерно, как клиника, в которой она работала. Огромные, панорамные окна ресторана отражали вечернее небо, словно гигантское зеркало. Здание, выстроенное из серого гранита, переливалось в свете фонарей и вывесок. Перед входом, выложенным из полированного мрамора, располагалась небольшая, но изысканно оформленная терраса, закрытая из-за моросящего дождя. Столики, покрытые светлыми скатертями, отполированные столовые приборы, экзотические цветы… Над входом, украшенным изящной бронзовой резьбой, висела массивная люстра, от которой исходило теплое, золотистое свечение. Всё вокруг создавало впечатление роскоши и безупречного вкуса, что мне стало неловко за свой внешний вид и недостаточно блестящие туфли.
Поправив волосы, я решительно двинулся внутрь, но дорогу мне преградил высокий, холеный официант:
— У вас бронь или вас кто-то ожидает?
— Ожидает, Ярослава Валерьевна.
Парень окинул меня хмурым взглядом, заставляя почувствовать себя еще более неловко. Никогда не любил такие пафосные места. Но все мои спутницы, любезно оказывали мне внимание, любили такие заведения. Им не важен был вкус еды, размер блюд, а лишь красивая атмосфера и количество ноликов в ценах на тривиальную пищу. Идя по огромному зала, я заметил Ярославу Валерьевну и на секунду застыл.
За столом, в мягком свете ресторана, сидела женщина. Стройная фигура, обтянутая облегающим, темно-бордовым костюмом. Пиджак, словно сшитый из самой тонкой ткани, облегал плечи, а юбка, едва касающаяся колен, открывала полет фантазии. Под тканью костюма проглядывали волнующие изгибы груди, а линии бедер просто ошеломляли. Длинные волосы, уложенные с утонченной простотой, обрамляли лицо. Лицо было изумительным: нежные черты, тонкие брови, глубокие глаза, которые, казалось, излучали какую-то внутреннюю энергию. На ней были легкие золотистые серьги, и на мгновение, я заметил, как свет отражается в тонкой цепочке, едва заметно обвивающей шею. Она была элегантна, будто сама изысканность воплотилась в ней.
Она пила красное вино, и в ее позе, в изящном жесте, было что-то особенное. Рука, едва касающаяся края бокала, была безупречной, с длинными, тонкими пальцами. Я чувствовал, как усиливается пульс, а в горле пересыхает. Всё в ней говорило о некой недосягаемой, но всё же притягательной загадке. Этот образ, эта женщина, идеально вписывалась в роскошную атмосферу ресторана, как будто созданная для этого момента, для этого взгляда. Мысленно выругавшись на себя за вчерашнюю щетину, а направился к ней, непроизвольно сжимая и разжимая пальцы рук.
— Виктор, рада вас видеть! — Она протянула руку.
— Надеюсь, я не опоздал? — Я легко ответил на рукопожатие.
— Нет, я просто люблю приходить раньше, изучать меню и ставить в неловкое положение спутников. Прошу, присаживайтесь!
— В таком случае, мне понадобится помощь в выборе блюда, так как я готов поспорить, что выбор будет мучительным и долгим для меня, — Я отложил в сторону плотную бумагу с тисненым покрытием.
— Не лукавьте, вы просто не знаете, что означают все эти наборы букв, — она мягко улыбнулась.
Я лишь пожал плечами, полностью соглашаясь с ней. Никогда не понимал смысла дорогих ресторанов, где за корзинку с хлебом ты отдаешь сумму, на которую мог бы в худшем случае, дня три. Но все познается в сравнении. Сейчас, сидя в этом зале, больше напоминающем картинную галерею, я машинально расправлял плечи, следил за руками и старался выглядеть на уровне. Соответствовать публике и женщине, с интересом рассматривающую меня из-под опущенных век. Голова немного гудела после удара, а спина напоминала о себе тупой, ноющей болью, но я изо всех сил с видом знатока и ресторанного завсегдатая, одергивал себя, не позволяя выглядеть простолюдином.
— Я закажу вам хороший стейк и легкий салат, — Ярослава немного склонила голову в сторону. — А в качестве напитка…