Среди встречающих было одно знакомое лицо: Сиона Виолис. К ней-то и направился Гримар.
Кухарка пристально смотрела на Адана, а он, в свою очередь, умело скрывал эмоции.
- Мирселис очень за вас переживала, поэтому прислала нас, чтобы мы проводили вашу милость до дома.
- Очень приятно, когда о моей скромной персоне заботится могущественная Натхиэль,- учтиво ответил Адан, тщательно скрывая сарказм.
- Вам… удалось…- зато Сиона не могла скрыть волнения.
- И да, и нет,- загадочно ответил Гримар, выдержал паузу, желая немного позлить женщину, готовившую изумительные скъяски, и лишь после этого достал из сумки жезл и протянул его эльфийке.
Она взяла реликвию, как и полагается, с благоговением, обеими руками. Ее пальцы заметно дрожали.
Гримар внимательно наблюдал за тем, как ее восторг от прикосновения к Уз-Бар-Гаш сменяется недоумением.
- Увы, дорогая Сиона, жезл утратил свою силу. Он пуст.
Эльфы восприняли эту новость вздохами разочарования и печали. Сиона же уставилась на Гримара, пытаясь понять, о чем умалчивает ее работодатель. Адан был наделен завидным самообладанием, поэтому непринужденно выдержал на себе пронзающий взгляд, не ударившись при этом в разъяснения. Сиона тоже не стала ни о чем спрашивать, кивнула и произнесла:
- Я передам его Мирселис. Пусть Натхиэль сама решает, что с ним делать.- Она завертела головой: - А где Руис?
- Его больше нет,- спокойно ответил Адан, не вдаваясь в подробности.- Мне очень жаль.
Сиона не стала расспрашивать, просто кивнула и взглянула на темнеющее небо:
- Смеркается. В окрестностях Сольта бывает опасно в это время суток. Поэтому вас проводят сначала до города, а потом и до дома.
- Вы сомневаетесь в том, что я найду дорогу?- усмехнулся Адан.
- Нет. Я буду виновата перед Мирселис, если в дороге с вами что-нибудь случится. Да и мне не хотелось бы остаться без столь милого и щедрого работодателя.
- Только ради вас,- галантно поклонился Гримар.
- Полагаю, что Мирселис захочет с вами встретиться. Ей будет интересно узнать, что с вами произошло на пороге Дуатаана.
- Я обязательно нанесу ей визит, как только приведу себя в порядок,- пообещал Адан.
Закончив с формальностями, они отправились в путь. Сиона в сопровождении шестерых эльфов шла быстрым шагом, и вскоре они исчезли в быстро сгущавшихся сумерках. Адан чувствовал себя утомленным, да и не было никакого смысла спешить – дело сделано. Добираясь до выхода из Преддверья, он успел смириться с утратой жезлом его Силы. А как теперь оказалось, ему бы все равно не удалось его присвоить. Утешительным призом служила гемма с посоха Асуале. Более мощного артефакта Адан доселе не держал в руках. Таким образом, короткой прогулкой за город он мог быть вполне удовлетворен…
Эльфы исправно выполнили просьбу своей Натхиэль, доставив его милость до города в целости и сохранности. Впрочем, если у Мирселис и имелись на этот счет какое-то опасения, то они оказались напрасны. Запоздалые путники так никого и не встретили в дороге. В какой-то момент они зажгли лампы и разогнали сгустившуюся тьму. Хотя… За пределами Сольта тьма была тем, кем ей и следовало быть – отсутствием света, не более того.
У ворот Гримар наблюдал уже знакомую ему картину коррумпированности местных стражей закона. Были это не диковатые и закостеневшие в своих обычаях крэлы, а что ни на есть цивилизованные рисанцы, разве что с легкой примесью массарской крови. Но и они, не моргнув глазом, пропустили в город группу вооруженных людей… хуже того – эльфов, получив за это пару звонких монет.
Его милость лишь сокрушенно покачал головой.
Через Новый Город эльфы провели Гримара самыми короткими путями, поэтому еще до полуночи он был у себя дома. Открывший дверь и отметивший потрепанный вид господина дворецкий сдержал крик, прикрыв рот ладонью. Но тут же взял себя в руки и со знанием дела заявил:
- Нужны бинты, вата, теплая вода…
Адан прошел мимо него, устало сказав:
- Ничего не надо, Расиньоль. На мне нет ни царапины.
- Но ваша одежда…
- Завтра, мой друг, все завтра.
Все, на что Гримару хватило сил, это добраться до своей кровати, раздеться и закрыть глаза, сжав в ладони гемму…
То ли дело было в прекрасной физической форме его милости, то ли добрую службу сыграл артефакт, который он до самого утра держал в руке, но пробуждение было легким, хотя и довольно ранним.