Махнув своим подчиненным, он направился к распахнутой настежь входной двери.
- Так что же все-таки случилось?- крикнул ему вдогонку Адан.
Наверное, напрасно он это сделал. Ли’Грасси вернулся и сам приблизился к Гримару вплотную. Снова зашевелился его нос, и – Адан мог бы в этом поклясться! – он учуял запах дыма, а потом он взглянул на руку Адана, прятавшуюся в глубоком кармане халата, и на его лице появилась мимолетная усмешка.
- Я слежу за вами, господин Гримар. Не забывайте об этом.
И в полном удовлетворении он покинул дом на Замковой улице.
Лишь после этого Адан вытащил руку из кармана и разжал ладонь, в которой сжимал гемму. Силы в ней оставалось немного, и его милость рассчитывал, что пронырливый начальник Коллегии ее не почувствует. Похоже, он ошибся. Во всяком случае, Гримар был рад, что ему не пришлось прибегать к помощи артефакта. Результат был бы неоднозначный. Что касалось всего остального…
- Все, что ни делается – к лучшему,- подмигнул он облокотившемуся на стену Расиньолю и вернулся в свою спальню…
Более никто не посмел нарушить сон его милости, и Гримар проспал до полудня. Чувствовал он себя прекрасно, несмотря на треволнения минувшей ночи. Пока он спал, мысли приобрели упорядоченный характер, и теперь можно было спокойно обдумать и то, что уже произошло, и то, что только намечалось.
После водных процедур он, по своему обыкновению, направился в библиотеку, попросив Расиньоля, сметавшего метелкой пыль с картинных рам, висевших в коридоре, принести ему чай. Мрачные изображения уже не вызывали у дворецкого прежней неприязни, что не могло не радовать.
Устроившись в кресле, Адан налил чаю, и, потягивая терпкий напиток, предался размышлениям.
Итак, дела минувшие.
Во-первых, прошлой ночью его пытались изгнать из Сольта. У нежданных визитеров было острое желание избавиться от него более основательно, но Она не велела. Она… Почему-то Гримар сразу решил, что речь идет о Тьме. А если он ошибался? Кем могла быть таинственная Она, если не той, имя которой в этом городе стараются не упоминать? Косвенным подтверждением изначального предположения были способности незнакомцев, а так же их жуткие ритуалы, которые они проводили в подвале сгоревшего склада. Правда, тут же возникал новый вопрос: что это были за ритуалы? С какой целью они убивали женщин, причиняя им жуткие страдания? Неужели именно этого требовала от них их Повелительница? И что связывало их с Оскером Гарнатом?
Гарнат…
Они убили его, отрезали голову и забрали ее с собой. Потом они оживили ее при помощи сил, не подвластных пониманию Адана Гримара. Подобное было по плечу разве что самым могущественным магам прошлого. Кто бы мог подумать, что и сейчас существуют люди, способные на подобные деяния. Вот бы кем следовало заняться ли’Грасси, а не пытаться поймать на горячем почти безобидного таира! Что они хотели от Гарната? И чем занимался он сам? А его последние слова… Ничего более странного Адан раньше не слышал. Или это был просто предсмертный бред? «Если тебе удастся, то что я задумал… Разыщи меня… Объясни…» Что именно задумал Гарнат? Он сказал, что ответ следует искать в его записной книжке. Увы, до сих пор Адан не осилил и малой ее части, но не приобрел ничего, кроме головной боли. Возможно, нужно было приложить больше усилий, чтобы понять… Что именно?
Сейчас даже сами мысли о записках Оскера заставили его зажмуриться от боли, которую причиняли тысячи игл, впивавшихся в его мозг, и Адан поспешил сменить тему размышлений.
В прошлом оставалось слишком много непонятно, чтобы прийти к определенным выводам, но и будущее не радовало ясностью. Впрочем, следующий шаг был очевиден: следует встретиться с гоблином, сидевшим в городской тюрьме и расспросить его о бубне Оз-Тарока. Шанс на то, что пойманный преступник мог что-либо знать о давно утерянном артефакте, был минимальный, но он все-таки был. В любом случае, ничего иного Адану на ум не приходило. Правда, уже сейчас следовало подумать о том, как организовать эту встречу и какие слова подобрать для того, чтобы разговорить строптивого гоблина. Плюс – он знал человеческую речь. Минус – в прошлый раз они расстались далеко не друзьями, и это еще вопрос, захочет ли крючконосый грабить с большой дороги разговаривать с тем, по чьей вине, по сути, он оказался в заточении.
Помимо этого можно было заглянуть в библиотеку и поговорить с Мораном Приасом. Да, гоблины интересовали старика гораздо меньше, чем эльфы, но как знать?