- Нет, Расиньоль, не в этот раз. Я себе не прощу, если с вами что-нибудь случится… Кроме того, кому-то же нужно прикрывать наши тылы… и заботиться об очаге.
Сказано это было в шутливой форме, но дворецкий не отличался завидным чувством юмора, поэтому воспринял слова Адана с полной серьезностью.
- Вы как всегда правы, ваша милость. Но я буду настаивать на том, чтобы вы взяли с собой громобой.
- Всенепременно! Куда же я без него…
Прежде чем покинуть дом, Гримар, тайком, отнес найденную им шкатулку в Зазеркалье. Сначала он хотел взять ее с собой, но потом решил, что это будет неразумно и даже опасно. А в Зазеркалье до нее никто не доберется.
Когда Адан и Сиона вышли из дома, ночь уже накрыла Сольт, и улицы города опустели.
- Следуйте за мной, ваша милость.
Эльфийка шла впереди, освещая путь яркой лампой. Гримар шествовал за ней, косясь по сторонам - события прошлой ночи были еще слишком свежи в памяти, чтобы пребывать в беспечности. К тому же Тьма напоминала о себе подозрительными тенями, кравшимися за запоздалыми прохожими, подозрительными звуками, доносившимися из подворотен и переулков, легким туманом, сплетавшимся в фигуры, казавшиеся живыми и устрашающими. При этом сама Сиона была на зависть спокойна. То ли, будучи местной жительницей, она привыкла к постоянной угрозе, таившейся в ночи, то ли полностью полагалась на силу света, разгонявшего перед ней даже самую густую мглу, то ли еще что-то, о чем она не удосужилась сообщить Гримару. И ее спокойствие благотворно влияло на его милость, хотя он и старался идти с ней рядом, в пятне света, а если отставал, то спешил как можно скорее нагнать.
Согласно городской традиции, над крыльцом каждого дома горели ночные светильники. Благодаря им ночь не казалась такой темной, какой она была на самом деле. Свет мерцал и в редких окнах, но в основном же Новый Город спал и видел сны. Покой местных жителей надежно охраняли глифы, не пускавшие в жилища порождения Тьмы. И вряд ли кто-то беспокоился о том, что творилось в данный момент снаружи. Люди просто не могли жить в постоянном страхе. Они привыкли.
Изредка на улицах появлялся патруль представителей закона. Полицейские могли не бояться тех, кто прятался в темноте. Люди с недобрыми намерениями сами их боялись и не показывали носа. А тех, кого породила сама Тьма, отпугивал яркий свет ламп, которые держали в руках стражи порядка. Проходя мимо припозднившихся горожан, они привычно, а потому лениво, советовали как можно скорее добраться до дома, но не более того.
Центр Нового Города был, пожалуй, самым безопасным местом в ночном Сольте. Не весь, разумеется, а только его главные улицы, на которых стояли фонари, созданные гением местного главного механика. Они располагались так близко друг к другу, что не давали Тьме пространства разгуляться. Здесь можно было прогуливаться, даже не имея при себе лампы. Чем и занимались некоторые особы, предпочитавшие ночной образ жизни. Несколько увеселительных заведений рады были гостям, способным оплатить определенного рода услуги. Так что жизнь в сердце Нового Города даже ночью била ключом.
Но по мере удаления от центра, Тьма снова брала свое, а с приближением к Старому Городу и вовсе начинала давить так, что пятно света, защищавшего беспечных путников, становилось все меньше с каждым новым шагом, а сам огонь, словно испугавшись собственной дерзости, все менее ярким.
Старый Город начинался за воротами, отделявшими бедность от богатства, радушие от подозрительности, новый мир от безвозвратно ушедшего. Сионе пришлось постучать, чтобы ворота распахнули стражники из рода крэлов. Несмотря на поздний визит, вопросов они задавать не стали, молча пропустили эльфийку и прилично одетого господина и тут же заперли за ними ворота.
Это и был Старый город. Но все еще не Грязный квартал.
Даже днем чувствовалась разница между двумя основными частями города – Адан заметил это еще по прибытии в Сольт,- но ночью она была куда разительнее. Света здесь было гораздо меньше, чем в Новом городе. То ли местные экономили на масле, то ли были беспечнее своих более состоятельных соседей. Правда, и здесь все жилища были украшены глифами защиты. Возможно, местные жители с наступлением темноты прятались за прочными дверьми своих домов? Тоже нет. Несмотря на приход ночи, по улицам то и дело проходили горожане, а в местах, не обделенных освещением, они даже кучковались, провожая взглядами запоздалых прохожих. Такими местами были в основном питейные и развлекательные заведения, отличавшиеся от тех, что в Новом городе разве что затраченными на уют средствами, качеством предлагаемой выпивки и еды, а так же самой публикой. Но шумели и резвились и там, и здесь одинаково.