- Но как же…- пробормотал Адан.- Я был уверен, что он свернул именно сюда.
- О ком вы все время говорите?- изумилась ничего не понимающая девушка.- Судя по тому, как вы дышите, вы за кем-то гнались.
- Да, но, похоже, я его упустил.
- Ничего страшного, поймаете в следующий раз, кто бы это ни был,- улыбнулась Люсинэ. У нее была очаровательная улыбка. Похоже, она окончательно оправилась от встряски, и это не могло не радовать Адана.- И раз уж так получилось, не проводите ли вы меня до дома? Нам ведь все равно по пути?
Глава 7. Гнев мертвеца
Люсинэ Лариньон была необыкновенной девушкой. Адан понял это еще в тот день, когда впервые увидел ее на кладбище. А сегодня, провожая ее домой, он лишний раз убедился в том, что его первое впечатление не было ошибочным. Они шли не спеша, говорили о том о сем, время летело незаметно, и Гримар даже не заметил, как они оказались перед дверьми ее дома. Никто не посмел омрачить эту ночную прогулку: ни лихие люди, ни дотошная стража, ни назойливый судья, ни сама Тьма.
- Это был незабываемый вечер,- искренне признался Адан.
- Ночь, ваша милость,- поправила его Люсинэ.- А если вы не поторопитесь домой, то настанет утро.
Гримар понял намек.
- Спокойной ночи, Люсинэ…
- Люси. Мои друзья зовут меня Люси.
- Мне приятно осознавать себя в числе ваших друзей, Люси. А еще я надеюсь, что когда-нибудь наша прогулка повторится.
Он прикоснулся к ее пальцам.
- Спокойной ночи, Адан,- смутилась девушка, отдернула руку и, быстро отперев замок, скрылась за дверью.
Прежде чем лечь спать, Адан какое-то время стоял у окна и смотрел в сторону дома обворожительной соседки. На втором этаже, там, где Гримар увидел ее впервые, горел свет, и он очень хотел, чтобы Люсинэ подошла к окну и выглянула наружу. Но нет. Свет погас, дом погрузился в темноту предрассветных сумерек, прекрасная ночь закончилась.
Грустно вздохнув, Адан закрыл окно и отправился в постель. Заснуть он не мог, думал о Люсинэ, ворочался с места на место, вспоминая ее улыбку, ее голос, ее глаза. Потом резко поднялся и, взъерошив волосы, сказал самому себе тоном покойного отца:
- А не влюбился ли ты, мой мальчик?
Улыбнулся и мягко опустился на подушку.
Потом мысли плавно перешли к событиям, предшествовавших встрече с Люсинэ.
Бургомистр… Чудовище… Или лучше сказать: бургомистр-чудовище?
Об оборотнях – людях, способных превращаться в животных или монстров – ходили легенды, больше похожие на сказки, и лично Адану не приходилось с ними сталкиваться. Так что до сегодняшней ночи он считал оборотней лишь фантазией, вымыслом, в лучшем случае, отголоском былых времен, которые были куда как более кровожадны, чем настоящее.
И все же…
В это трудно было поверить, но своим глазам Адан доверял. Сольгерд Ордолан и монстр, убивающий по ночам падших женщин – это один и тот же… Одна и та же… Хм… Одно и то же существо. В этом не было никаких сомнений. Почти. Досадно, правда, что Адан его упустил. Доказать вину бургомистра будет непросто, как и вывести его на чистую воду. Нет никаких сомнений в том, что после всего случившегося он затаится, и, может быть, надолго. Был, правда, в этом один положительный момент: значит, в ближайшие дни в городе не умрет ни одна падшая женщина. Какой бы образ жизни эти бедняжки ни вели, что бы ни сподвигло их на этот постыдный шаг, они оставались людьми, женщинами, и уже только поэтому не заслуживали подобной участи. Пусть их вину определяет тот, кто имеет на это право, а не кровожадный голодный монстр.
И все же, засыпая, Адан никак не мог простить себя за нерасторопность. Еще немного, и он настиг бы чудовище. Но тут появилась Люсинэ, и ему стало не до погони.
Смутное подозрение зародилось в мозгу, однако сон окончательно сморил Гримара, так и не дав додумать пришедшую в голову мысль…
Адан проспал почти до полудня. Зато хорошо выспался и встал бодрым. Первым делом он отправился к окну, выглянул из-за занавеси наружу. Постояв так с минуту, грустно вздохнул и начал приводить себя в порядок, размышляя о том, чем же он займется сегодняшним днем?
Предположения касательно Сольгерда Ордолана не давали ему покоя. Факт того, что в городе обитал оборотень, требовал незамедлительных решений. Останавливало Адана лишь то, что оборотень оказался ни кем иным, как бургомистром этого города. Его статус серьезно осложнял ситуацию. И при этом порождал еще большие опасения. Чудовище, обличенное властью, могло натворить немало бед. Да, собственно, оно этим и занималось.