Впрочем, одних подозрений было недостаточно для того, чтобы обличить Ордолана на законных основаниях. Нужны были неопровержимые доказательства его вины. Только так удастся прищучить власть имущего бургомистра. Были на этот счет у Адана кое-какие мысли. Чтобы их проверить, Гримар и собирался встретиться с Ордоланом, причем, сегодня же. Но сначала он решил кое-что проверить и направился в библиотеку, отдав предпочтение делам, а не приему пищи, о котором требовательно урчал его желудок. Кажется, там была книга, посвященная родословным корням местной аристократии. Возможно, удастся найти что-нибудь и о Сольгерде Ордолане.
Каково же было его удивление, когда, войдя в библиотеку, он обнаружил на столе то, чего еще вчера там не было. А именно, четыре предмета: необычная лампа, глиняная табличка, записка с текстом заклинания и необычный медальон на кожаном шнурке. Три из них он уже видел в доме Мирселис. Медальона в том наборе не было. Но его предназначение не было для Адана секретом. Это был эльфийский оберег, способный защитить своего владельца от духов. Очень сильная и очень полезная штука в свете того, что замышляла Мирселис.
О том, как все эти предметы попали в библиотеку, гадать не приходилось: их принесла сюда Сиона Виолис – ну не сама же Мирселис навестила Гримара, пока он спал? Зачем кухарка это сделала, тоже было понятным: колдунья через нее решила таким образом напомнить о недавнем разговоре. А если говорить прямо – решила поставить перед фактом. Теперь Адану предстояло выбрать одно из двух: или он отказывается участвовать в этом деле и возвращает колдунье ее имущество – в том числе и довольно сильный артефакт, или все же берется, принимая условия игры, поставленные эльфийской колдуньей.
Особого желания впутываться в дрязги с Тьмой у Адана не было. Да, призом в этом мероприятии мог стать Источник Силы. Но дело в том, что вряд ли Адан сможет оставить его себе, так все три нужны будут для того, чтобы уничтожить ту, которая иногда прогуливается по Сольту в темное время суток. Какой, в этом случае, интерес Адана Гримара? С другой стороны, сама тайна, окружавшая эти три Источника Силы, будоражила Адана сильнее, чем кахарское вино. Он уже не раз отмечал тот факт, что время от времени мыслями возвращается к этой теме и даже, походя, строит кое-какие планы. Но стоит ли оно того? Даже являясь сторонним наблюдателем, Адан едва не расстался с жизнью, столкнувшись на городских улицах с Тьмой. Что может ему угрожать, когда он открыто решит бросить ей вызов? Вряд ли любовь и расположение.
Ах, да, Мирселис была уверена в том, что Тьма вознамерилась уничтожить сначала это город, а потом и весь мир! Серьезная угроза, ничего не скажешь. Если, конечно, колдунья не сгущала краски умышленно, чтобы надавить на сострадание Адана Гримара.
И, кажется, ей это удалось. Еще вчера Адан, скорее всего, вернул бы стоявшие на столе предметы Мирселис. Но прошлым вечером многое изменилось. Оказывается, в этом городе жил, по крайней мере, один человек, будущее которого было Адану небезразлично. А еще он с некоторых пор начал беспокоиться за этого человека, особенно когда он, вернее, она выходила в город по ночам.
Адан сидел за столом, разглядывал предметы, принесенные Сионой, и все больше склонялся к мысли о том, что от этого дела ему не отвертеться.
Для начала ему предстояло отправиться на место упокоения некоего Миолина, призвать его дух и узнать у него о том, куда тот дел ключ от шкатулки. Если бы ему самому взбрело в голову нечто подобное, наверное, он бы отказался, так как призывать духов ему еще не доводилось. Так, знал об этом кое-что, но не более того. Как знал и то, что призванные духи не любят, когда их беспокоят. Тем более, если это духи эльфов. Кроме того, сам факт подобного призыва мог иметь далеко идущие последствия. Если об этом узнает Коллегия Имперского Надзора, у него будут очень большие неприятности. Правда, Мирселис обещала, что никто ни о чем не узнает. Остается лишь надеяться, что так оно и будет.
А еще нужно как следует подготовиться к мероприятию. Были у него на этот счет кое-какие наработки. Этим Адан и решил заняться в первую очередь, поэтому поднялся сначала в свою спальню, куда Расиньоль перенес на временное хранение кое-какие бумаги Гримара, которые прибыли в Сольт вместе с остальным багажом. Среди прочей писанины, там были и полезные заметки, которые могли помочь Адану при его встрече с теми, кто уже давно переступил Порог. Чтобы не возникло неприятностей со стороны Коллегии Надзора, написаны они были на одном из мертвых языков, который был известен Гримару. Прочитать их смогли бы всего несколько человек во всем этом немалом мире. Взяв блокнот, он мельком бросил взгляд на книжицу, полученную вчера от Миси Грэн. Это на самом деле оказался дневник Оскера Гарната. Адан начал его читать, едва открыл глаза поутру, но очень быстро утомился. Терзания покойного ныне приятеля, прочитанные перед завтраком, были не самым полезным и ободряющим занятием. Оскер очень переживал смерть единственного сына, и свои чувства выдавливал пером на бумаге так, как опытный палач истязает свою жертву. Уже после первых страниц Адану стало тоскливо и муторно, и он отложил дневник Гарната до лучших времен…