Адан стоял перед аркой и думал о том, почему эльфы наложили на кладбище таматуан? Сразу не спросил у Сионы, а теперь уже было поздно. В одном он ничуть не сомневался: кладбище неспроста стало запретным местом. Да и от самого таматуан можно было ждать всяких неприятностей. И еще неизвестно, что хуже.
Придя к выводу о том, что, стоя на месте, он лишь теряет время, Адан сжал в руке взятый из кармашка артефакт и вошел под арку. Его не поразило молнией, не испепелило эльфийским гневом, не парализовало на месте. И уже одно это обнадеживало. Сквозной проход в скале вывел его в долину, основательно заросшую густым лесом. Деревья здесь росли так близко друг к другу, что, казалось, между ними невозможно было протиснуться даже боком. А еще заросли кустарника, переплетения корней под ногами и лиан, свисавших с веток… Пришлось Адану доставать саблю и прорубаться через дебри, следуя по тропинке, выложенной камнем.
Это место казалось чуждым как для Дайконта, так и для всего предгорья в целом. Больше всего оно напоминало Адану дебри Изумрудных островов. Здесь было так же влажно, душно и тесно. Зелень казалась агрессивной. Она была похожа на подходящее тесто – бурлящее в недрах и расползающееся во все стороны. Даже заполнив собой всю долину, она никак не могла остановиться и искала малейшую возможность вырваться за пределы стискивавших ее со всех сторон скал. Но что-то удерживало ее в пределах долины. Единственное, что ей оставалось в этом случае, это наращивать внутреннюю концентрацию.
Поэтому не было ничего удивительного в том, что ударив в очередной раз по сплетению веток и воздушных корней, Гримар услышал звон стали, наткнувшейся на камень. Адан поморщился и с сожалением взглянул на щербину, появившуюся на еще недавно идеально заточенном клике. Подрезав корни, он расчистил неожиданно возникшую перед ним каменную стену, так основательно заросшую мхом, что ее невозможно было разглядеть на общем зеленом фоне. Еще немного поработав саблей, Адан пришел к выводу, что это склеп, поглощенный не в меру разросшимся в долине лесом. Потом понадобилось еще немало времени и усилий, чтобы добраться до его входа в слабой надежде на то, что это и есть ТОТ САМЫЙ склеп, который он искал. Увы, нет. Эстани-тая, вырубленный в камне над входом, совершенно не был похож на родовой знак Раиса Миолина. Раздвинув свисавшие с крыши корни и побеги, Адан разглядел лестницу, частично присыпанную прелой листвой, уводящую в прохладную и сырую темноту. Но заходить он не стал. Эльфы очень трепетно относились к памяти о своих предках и терпеть не могли, когда кто-то нарушал покой умерших. Тем более если речь шла о грабителях. Неспроста по всей империи курсировали истории о том, какая кара постигла тех, кто посмел разворошить эльфийскую могилу в поисках чего-нибудь ценного. Правда, поговаривали, что эти слухи распространяли сами элиналь, чтобы уберечь захоронения от осквернения и разорения. Но Адан точно знал – зачастую слухи были недалеки от истины. Ему приходилось встречаться с людьми, пренебрегшими предостережениями более опытных предшественников и видеть последствия их необдуманного поступка. Сам он старался избегать подобных мест, а если и приходилось на них бывать, не брал ничего, даже если очень хотелось.
Поэтому, обогнув склеп, он продолжил свой путь.
По мере продвижения вперед, стало немного просторнее. Теперь не так часто приходилось пускать в дело саблю, достаточно было раздвигать заросли руками. С другой стороны, долина не жаловала непрошенного гостя и препятствовала его вторжению всеми доступными ей средствами. То нога подвернется на раскрошившемся камне, то ветка хлестнет по лицу, метя в глаза, то Адан упрется во внезапно вырастающую на пути скалу. На этом странности не заканчивались. Остановившись для того чтобы сориентироваться, Адан обнаружил, что не может сделать шаг, так как его ноги оказались оплетены вьющимися по земле побегами. Они были настолько прочными, что пришлось их перерубать. Потом, когда он пробирался через заросли, ветви цеплялись за его одежду колючками, а те, в свою очередь, стремились впиться в плоть, причиняя нестерпимую боль. И пришлось приложить усилия, чтобы вырваться из тенет. Еще чуть дальше его едва не ужалила змея, спустившаяся откуда-то сверху. Она уже распахнула пасть, когда Адан заметил ее и молниеносным ударом отсек голову.