Тем временем преследователи преодолели последние ступени и ворвались на четвертый этаж. Адан не стал задерживаться и бросился к лестнице. Теперь он думал лишь о том, как избавиться от дотошных преследователей. О том, чтобы выбраться из башни не могло быть и речи. Там не было прежнего Сольта, там не было привычной жизни, там не было спасения. Его текущая тактика заключалась в бегстве, а об остальном он решил подумать на досуге.
Пятый этаж оказался последним – выше была только вытянутая конусом крыша. Здесь не было ничего постороннего, даже льда почти не было, если не считать массивную глыбу в самом центре помещения. Зато было много окон – не меньше десятка. И все они были доступны, как будто манили.
Давай, прыгай, иди к нам!
Оставалось лишь разбить стекло.
И все же внимание Адана приковала именно ледяная глыба, похожая на столб с закругленной вершиной. Лед был чистым и прозрачным. И внутри глыбы можно было разглядеть похожую на полумесяц штуковину из серебристого металла, украшенную четырьмя камнями красного цвета. Рубины? Очень даже может быть.
Это и был ключ от шкатулки – никаких сомнений.
Какое же должно быть извращенное воображение, чтобы придумать нечто подобное?! Правда, стоит отдать должное Раису Миолину – лучшего тайника для ключа трудно было придумать. И если бы Адан с самого начала знал, что его ждет в Темной Башне, ни за что не ввязался бы в эту историю. Всему есть свои пределы!
Но что теперь жалеть о том, чего не вернешь? Нужно забирать ключ и…
Да, как теперь отсюда выбраться?
Впрочем, сначала ключ. Не оставлять же его здесь после всего пережитого? Адан, по крайней мере, заслужил этот приз.
Гримар подошел к глыбе, хотел было прикоснуться к ней ладонью, но вовремя остановился. Вместо этого он прицелился кинжалом, размахнулся и ударил им сверху, без изысков. И тут же вынужден был отшатнуться назад и схватиться за уши, так как прозвучал оглушительный звон, похожий на колокольный. И, такое впечатление, будто голова Адана в этот момент находилась внутри этого воображаемого колокола. Он не слышал, но видел, как лопнули стекла во всех окнах этажа, как во все стороны брызнули осколки, а в образовавшиеся проемы ринулись призрачные существа, до этого летавшие над крепостью. Они окружили Гримара, взяв его в плотное кольцо, и угрожающе колыхались в воздухе, демонстрируя свое недовольство.
С появлением призрачных существ в башне стало еще холоднее. Невыносимо холодно. Гримар чувствовал, как лед начинает стягивать его кожу, как вместе с дыханием стужа проникает в легкие, вымораживая внутренности, как, густея, стынет кровь.
Он опустил руки, повернул голову и увидел, что кинжал даже не поцарапал глыбу, и заветный ключ по-прежнему находился внутри огромного слегка оплавленного куска льда. Гримар снова замахнулся кинжалом, но ударить не успел. Призрачные существа одновременно распахнули пасти и заверещали так, что этот ор без остатка поглотил все остальные звуки. Пасти были огромные. Такое впечатление, будто эти существа состояли исключительно из двух, похожих на створки ворот челюстей и усыпавших их зубов. Но куда страшнее оказался сам рев – он подавлял, рвал на части, сводил с ума. И снова Адану пришлось схватиться за уши. А так как он в это время смотрел на глыбу, то увидел, как она задрожала и покрылась мелкими трещинками. Лишь в последний момент он успел отвернуться, после чего кусок льда взорвался. Гримар напрягся, ожидая града ударов по спине, но ничего подобного не последовало. А когда он снова обернулся, то увидел ключ, мирно лежащий на полу.
Наклонялся он неуклюже, словно опасаясь, что развалится на части. Тело было замерзшим, непослушным, как будто окаменевшим. Все же ему это удалось, и он поднял с пола ключ. Мысль – теперь его ничто не остановит – придавала сил. Выпрямившись во весь рост, сжав добычу в левой руке и выставив пред собой кинжал, он шагнул вперед. Призраки, испугавшись его натиска, отпрянули назад. Но уже в следующий момент они снова сгрудились и заколыхались. Адан увидел, как в верхней части призрачных тел появились уже знакомые воронки, и из них в его сторону потянуло лютой стужей. Он ошибался, предполагая, что холоднее быть не может. Может, еще как может. Но он шел вперед, медленно, едва переставляя ноги, призраки пятились под его напором и продолжали извергать потоки снежинок и ледяной крошки…