18 августа 1974 года… Каждый советский человек запомнит этот день как большой праздник — пусть даже никто его официально и не объявлял. Во многих городах СССР в этот день пройдут спешно организованные комсомолом и профсоюзами митинги, причем коммунистические традиции на них нередко будут сплетаться с чуть ли не языческими — вроде сожжения символизирующих «Долгую зиму» чучел… Но никому не будет до этого дела. Уже к обеду с полок магазинов буквально сметут все запасы «деревяшки», а кое-где появятся и извлеченные из заначек бутылки настоящих, выпущенных до Долгой зимы, водки, коньяка и различных вин…
Но всему этому еще только предстояло случиться… Сейчас же, утром, все еще только начиналось — и Михаилу удалось без проблем выбраться из города и добраться до их излюбленного, еще до Долгой зимы, пляжа. И, можно сказать, вовремя! Ведь буквально всего час-полтора сюда один за другим повалили другие горожане…
День прошел весело и беззаботно… Солнце, речка, горячий песок… Что еще нужно для счастья?
— Почему мы так давно не выбирались вот так вот? — лежа на пляже, спросила Вика.
— Ну мы ж ездили на речку… И в прошлом году, и в этом, — не понял Михаил.
— Разве ж то поездки были? — пожала плечами девушка. — Заскочим на полчасика, залезем в речку и сразу обратно…
— Ну не знаю, — пожал плечами Михаил. — Большего как-то и не хотелось…
— Угу, — задумчиво поддакнула Вика. — Словно на большее и настроения не было…
Квета с Аней купались в речку, Василиса быстро нашла общий язык с ребятишками других отдыхающих и сейчас с радостным визгом носилась по берегу, а они лежали на пляже и загорали… И было так хорошо, как, казалось, не бывало уж давным-давно…
— Знаешь, Мишк, — глядя на как раз в это время пробегавшую мимо Василису, вдруг произнесла Вика. — Мы называем их «Детьми Зимы»… Вот только знаешь… «Дети Зимы» — это мы все…
— Почему? — удивленно спросил Михаил.
— Потому, что она сделала всех нас… другими, — задумчиво произнесла девушка. — Не такими, какие мы были раньше… Мы теперь иначе думаем, иначе чувствуем, иначе воспринимаем происходящее вокруг… Мы словно родились заново. То, что раньше было неважно, стало вдруг важно. А что было важно — на то перестали обращать внимание. Понимаешь, Миш. Все стало как-то по-другому.
— Лучше или хуже?
— Не знаю, — ответила Вика. — Наверное, в среднем не лучше и не хуже… Просто по-другому.
Остаток дня они купались, загорали, ели сваренную на костре уху и в целом, можно сказать, радовались жизни. Словно на какой-то миг став теми молодыми парнями и девушками, чью жизнь буквально перевернула с ног на голову. И пусть завтра новый рабочий день, пусть завтра всем им предстоит стать вновь серьезными и деловыми людьми, но кто посмеет отнять этот праздник у тех, против кого оказалась бессильна сама смерть? Пусть даже в этот раз она приходила в обличие Долгой зимы…
Глава 10
Министерство автомобильной промышленности СССР за годы Долгой зимы успело сменить уже несколько руководителей. Сначала умер в 1970 году Николай Иванович Строкин. На смену ему пришел Александр Михайлович Тарасов, но всего через два года вынужден был уйти с должности по состоянию здоровья, а спустя еще полгода тоже умер, уже будучи пенсионером. Новый руководителем автомобильной промышленности СССР стал директор ВАЗа Виктор Николаевич Поляков, которого, на фоне других министров, можно было считать достаточно молодым. Всего 57 лет на момент вступления в должность! В этой реальности ему не суждено было стать директором ВАЗа, на месте которого ударными темпами строился филиал Завода имени Сталина, за то министром он стал на несколько лет раньше.
Планом на Десятую пятилетку уделялось максимальное внимание производству грузовых автомобилей — перенос производства ЗиС-157 на новую промышленную площадку, организация производства новых тяжелых грузовиков ЗиС-170, увеличение производственных мощностей других автозаводов страны.
УралЗиС и УльЗиС, два основных филиала московского автозавода имени Сталина продолжали выпуск ранее разработанных моделей. Перед ними стояла лишь задача по постепенному наращиванию объемов производства… Ну и требовалось внести некоторые изменения в конструкцию на основе опыта эксплуатации в условиях Долгой зимы. И, разумеется, на первом месте стоял вопрос повышения надежности. Продолжал производство тяжелых грузовиков и КрАЗ — ничего нового от украинского завода пока не требовалось.