— Черт, да ты превратилась в психа! — закричал он, когда Кейт занесла руку.
Алекс схватил ее за руки, прижав их к бокам, наклонился и забросил себе на плечо.
— Опусти меня! — кричала Кейт, болтая ногами.
— Нет, — ответил Алекс. Затем он отошел на пару шагов от грузовика и начал кружиться.
— Ох, черт, — сказала я Браму и прекратила смеяться.
— Ага.
— Меня сейчас вырвет! — кричала Кейт, пока Алекс продолжал кружиться.
— Перестаньте, вы двое! — закричала Лиз, сходя с крыльца. — Ведете себя так, будто вам по двенадцать.
— Она первая начала! — пожаловался Алекс, останавливаясь, и слегка покачиваясь.
— Опусти ее, пока вы не грохнулись, — потребовал с крыльца муж Кейт, Шейн.
Я почувствовала, что Брам дернулся рядом, затем посмотрела на крыльцо и увидела, что вся семья вышла из дома.
Наконец, Алекс и Кэти рассмеялись, и на моих губах расплылась большая улыбка, когда я увидела на крыльце племянницу и племянников.
— Ваша тетушка здесь! — громко объявила я, отходя от Брама. — Идите ко мне, миньончики.
Келлер побежал ко мне с громким воплем, Гевин и Сейдж также крича, бежали рядом. Черт, я любила этих детишек.
Они врезались в меня, и Браму пришлось слегка поддержать снова, чтобы я не грохнулась.
— Я соскучилась по вам, ребятки! — засмеялась, когда дети заговорили наперебой, рассказывая о самолете, школе и миллионе разных вещей. — Мы многое пропустили, — я взглянула на крыльцо, на котором стоял Дэн с Айрис на руках.— А где Ганнер?
— Он уснул на бабушкином диване, — сказала Сейдж, закатив глаза.
— Тогда нам лучше не будить его, — сказала я серьезно с коварной ухмылкой.
— Не смей, — предупредила Кейт, становясь рядом и забросив руку мне на плечо. — Он встал в пять утра! Если не поспит, я отправлю его домой с тобой.
Мы зашагали к семье, и Генри притянул меня в объятия, пока дети разбежались, бог знает куда.
— Никакого эмоционального приветствия для меня, Анита? — спросил он, обнимая меня за талию и поднимая в воздухе. — Это ранит.
— Ау. Я скучала по тебе, Ген, — наклонив голову, пошутила. — Скучала по тебе больше всех.
— Черт подери, да, — Генри шлепнул меня по заднице и опустил, в то время как я через плечо заметила гневный взгляд Брама.
— Да ну нафиг, — спорил Алекс, притянул меня к себе. — Мы все понимаем, что больше всего Ани скучала по мне.
— Неа! — закричал Келлер, забегая в дом. — Больше всего она скучала по мне.
Раздался плач Ганнера.
— Черт подери, — пробормотала Кейт себе под нос, зыркнув на Шейна, и побежала к их плачущему сыну.
Я громко рассмеялась из-за хаоса, царящего вокруг.
***
— Перестань пялиться на меня, — зашипела я на Брама, пока мы разгружали упаковки с содовой из машины тети Элли.
— Я не пялюсь на тебя, — спорил он, доставая сразу четыре штуки.
— Ага-ага. Еще как пялишься, — сказала я тихо, тоже взяв одну.
— Почему Генри лапал тебя? — спросил он, отчего мои глаза расширились.
— Что? О чем, черт побери, ты говоришь?
— Его руки были на твоей заднице.
— Думаю, с нашей с ним первой встречи он шлепал меня по заднице несколько миллионов раз, — ответила я. — Он всех шлепает по заднице!
Брам сердито посмотрел на меня и открыл рот, чтобы ответить, но снова закрыл, когда увидел, что Алекс обогнул угол дома.
— Снова грызетесь? Боже, — Алекс добавил шутливо: — Почему бы вам уже не трахнуться и оставить друг друга в покое?
Я замерла, а Брам уронил четыре упаковки содовой.
— Бл*дь, не может быть, — выдохнул Алекс, глядя между нами. — Вы же это не сделали?
Я не могла заставить себя отрицать. Мой язык онемел, и я была уверена, что глаза стали большими, как блюдца.
— Ты идиот, — наконец, ответил Брам, наклонившись, чтобы подобрать содовую.
— Ты трахнул Ани? — спросил Алекс с неверием в голосе.
— Эй! — зашипела я, оскорбленная.
— Никакого осуждения.
— Твой тон достаточно осуждающий.
— Ох, мой тон осуждающий? — переспросил Алекс, стиснув челюсти. — Мой тон осуждающий, а ты позволила Браму трахнуть себя, хоть он и терпеть тебя не может?
Мой рот открылся, а сердце сжалось от боли.
Прежде чем я смогла ответить, кулак Брама впечатался в челюсть Алекса, отчего того повело назад.
— Было весело, — сказала я без эмоций.
Развернулась и рванула в дом, сгорая от унижения.
— Ани, ты же знаешь, я не хотел... — Алекс затих, но я не обернулась узнать почему.
— О боже, ты принесла содовую. Мы никогда не покупаем ее дома, а я изнемогаю от жажды весь день, — сказала Кейт, когда я прошла через дверь черного входа.
Она делала сэндвичи на кухне, и я слышала, как в гостиной остальные члены семьи громко разговаривали.