И ведь это мы «разморозили» лишь одну десятую от носителя!
А ведь еще надо столько сделать, а времени «на все» откуда взять, а?!
«Привет…» - Дрожащий и слабый, такой далекий голос в моей голове…
Я, если честно, грешным делом, не на шутку так испугался, посчитав, что все, кукухой поехал!
Уже даже стал прикидывать себе палату посветлее и попросторнее, а то, мало ли…
«Процедура разархивации завершена с ошибками. Восстановление из резервной копии невозможно. Произведено слияние…» - Голос в моей голове прыгал от уверенного мужского баритона, до чуть хрипловатого, сводящего с ума, грудного женского голоса, кажущегося таким родным, словно я знаю ее все свою сознательную жизнь. – «Доступен подпространственный карман. Доступна функция секретаря. Доступ к вторичным функциям - по требованию Владельца. Опознание Владельца произведено. Восстановление данных, резервных баз данных, хранилищ, сканирование кристаллов памяти…»
Последнее, что помню – медленно приближающийся ворс бордово-коричневой ковровой дорожки и какое-то странное-знакомое, желтоватое свечение, словно над головой включили лампу накаливания, ватт эдак на 60!
Потом был «бам-м-м-м-м-мс!» и я с трудом выдохнул, разом вспоминая что я забыл и понимая, где же я сейчас нахожусь.
Подвал моей общаги в Шараге!
Вон и барная стойка, а чуть поодаль – неприметная дверь, за которой прячется заветный сундучок с артефактами, когда-то очень давно вывезенными с моей планеты некоторыми нехорошими личностями.
Правда, либо я не очень хорошо помню, либо подвальчик значительно подрос – дверей уже не четыре, а больше десятка, в баре, на полочках вдоль стены расставлены роскошные бутылки с теперь хорошо знакомыми напитками, в уголке притулился ящик с искином Виталием, моим адъютантом, а за спиной, за полуоткрытой дверкой явно виднелся кусок бассейна, заполненного водой, с чуть клубящимся над ней, парком.
«Нормально так…» - Слегка опешил Голос в моей голове. – «Это что, домен?!»
В ответ я лишь пожал плечами – как по мне, так «домен» — это что-то огромное, требующее заполнение и развивающееся либо за счет демонического начала, либо за счет внутренней энергии владельца домена.
А вот такой «подвал» - это, скорее, камера хранения. Правда, камера хранения со всеми удобствами, но не домен – точно!
Ну, хорошо, не камера хранения, а нормальный, добротных таких размеров, ангар.
Точнее – ангарище!
В нем же десяток «Боингов 747» можно впихнуть и еще место для «Ту-144» останется!
Я с присвистом обходил свой «погребок», начиная понимать, что размеры, с первого раза, как-то неправильно оценил…
Прихватив из бара бутылочку, на первый взгляд, вроде даже пива, пошел осматривать владения внимательнее.
Насчет «десятка «Боингов», это я конечно же соврал, но пару-тройку «Ту-зиков» расположить можно было вполне себе достойно, крыльями-носами белоснежные птички точно толкаться не будут!
И хвостиками за потолки – точно не зацепятся, там до потолка приходилось голову задирать, как на небоскреб смотреть!
Потягивая эль, темный, густой и бархатистый, склонялся к мнению, что моему «домену» чего-то не хватало.
Ну, хоть еще какой-нибудь живой души!
Поймав идею за хвост, побрел обратно в бар – там у меня есть одна классная живая душа, ей надо только дать первого пинка, для старта!
«Э-э-э-э…» - Голос в моей голове слабо попытался остановить мой полет мысли и зарождающиеся идеи, но…
« Я – не Виталий! Я – Юрий!» - Огорошил меня искин, едва я смог разобраться с его запуском. – «Юрий и, не много, Лизка!»
Я еще «Юру» переваривал, а тут выяснилось, что они у меня, теперь, «сиамские близнецы», блин!
И вернуть Лизку, как личную нейросеть, теперь точно не выйдет, к сожалению.
Да и из Юры адъютант теперь не очень – семьсот лет одиночества оставили свой отпечаток, превратив аналитика в задумчивого и неторопливого философа, которому мирские дела теперь…
Эх, такой искин пропал!
Я, в сердцах, махнул рукой еще раз и побрел к выходу, потягивая пойло из горла.
Меня душило разочарование.
Нет, симбиоз Лизки и Юры, в принципе, можно было использовать, вот только как использовать?!
Взобравшись по лестнице вверх, толкнул хорошо знакомую деревянную дверь и вылетел наружу, как пробка из бутылки.
Хорошо хоть мой легкий комбез успел среагировать, в отличии от меня и загеметизироваться, спасая от неминуемой смерти.